— Сынок, я никому и никогда не позволю причинить тебе вред, как и твоей маме, — мужчина замолчал, продолжая тихонько покачивать сына. — Я и представить себе не мог, какое это счастье вот так держать на руках крохотную частичку себя. Я пересмотрел все свои детские фотографии. Малыш, ты — копия я. Это удивительно. Совсем скоро твоя жизнь изменится, я заберу вас с мамой и никогда никому не отдам. Потому что люблю. Больше всего на свете.

Я застыла, потому что никогда из уст Артема не слышала таких слов или хотя бы отдаленно напоминающих подобное признание. Слезы одновременно счастья и горечи капали на мою куртку, которую еще не успела снять. Я отступила на несколько шагов назад и вернулась в коридор. Раздевалась медленно, оттягивая момент встречи. Честно говоря, мне очень трудно было поверить в то, что Артём в самом деле сделает какие-либо шаги в отношении нас с ним. Сомнений не было, Данилов не оставит Владика, что будет дальше с нами — вопрос не из легких.

— Вернулась? — Артём показался из-за двери, которая вела в спальню.

— Да-а, — растерянно протянула я. — Малыш спит еще?

— Просыпался, но я его покачал, и он снова заснул. Сын удивительный, — Артём расплылся в самой искренней улыбке, в которую я когда-то влюбилась. — И очень сильно похож на меня.

— Да, что есть, то есть, — согласилась я, ведь это была чистая правда.

— Рита, я все обдумал. Вы переедете ко мне.

Глава 42

Артем

— Это невозможно! — воскликнула Рита. Девушка наспех сняла с себя куртку и скинула ботинки, после чего моментально оказалась на кухне. — Что ты о себе возомнил, Данилов!?

— Рита, это даже не обсуждается, — я вошел следом. — Мне нужно уладить пару моментов, и, думаю, через недельку-другую я заберу вас.

— Артём, если это шутка, то не самая удачная, — нервозность Риты была так очевидна, что все валилось ее хрупких рук. Девушка безуспешно пыталась собраться.

— Рита, успокойся, — она стояла спиной ко мне. В одно мгновение я оказался рядом."

"— Артем, я никогда не переступлю порог твоего дома. Не надейся. У тебя был шанс выслушать меня, но ты выгнал меня беременную, — в ее голосе послышалась боль.

— Никогда не говори никогда, Рита. Да и я не знал о беременности, — сказал я. — Это не оправдание, но все же.

— Так надо было выслушать. А теперь поздно. Я не против твоих встреч с сыном. Но только на моей территории, — голос моей бывшей супруги был тверд.

— Пусть будет по-твоему. Но только пока. Знай, это ненадолго, — я стоял совсем близко к ней.

Рита не обернулась, но я заметил, как ее дыхание участилось. Она тоже чувствовала это безрассудное желание ко мне. Но между нами была огромная пропасть. Я ненавидел себя за то, как обошелся с ней, сейчас оставалось лишь одно — попробовать все исправить.

Многое пришлось переосмыслить за эту ночь.