Его налитые кровью глаза, сжатые руки в кулаки и играющие желваки на скулах выдавали истинное состояние. Честно говоря, если бы Артём сейчас не вытащил меня из лап этих недоносков, то мне было бы невероятно страшно остаться с ним наедине в закрытом пространстве, когда он находится в таком состоянии.

Двери лифта открылись, и мне словно стало легче дышать. От Артема исходило сильное напряжение, которое переместилось и на меня. Я чувствовала себя виноватой, что, можно сказать, испортила парню вечер, который пришел отдохнуть и развлечься.

— Артём, прости, пожалуйста, — я остановилась посреди дороги, выкрикнув слова ему в спину. — Я дальше на такси. Спасибо еще раз за все.

— Какое такси? — Данилов резко развернулся и, схватив меня под локоть, практически силой потащил к автомобилю. — Поедешь со мной. Где ты живешь?

— Мне ехать целый час, Артём, — тихо сказала я, не смея вырываться из его крепкой хватки. — Я вызову и доберусь…

— Хватит! — прорычал он, заталкивая меня на переднее сиденье. — От тебя одни неприятности.

Мужчина захлопнул дверь, и я осталась в салоне автомобиля одна, потому что Данилов некоторое время стоял возле машины, глядя вверх и ничего не предпринимая. Я видела парня в боковое зеркало. Мелькнула поспешная мысль, что он очень хороший, просто по какой-то причине скрывает свое доброе сердце. Я разглядывала его, пытаясь понять, что он за человек и почему ведет себя так, будто ему наплевать на всех и на все. А, главное, я не совсем понимала, почему он так реагировал на меня, на совсем незнакомого человека. Спустя несколько минут Артем плюхнулся на сиденье и завел двигатель. В салоне пахло кожей, словно автомобиль только-только приобрели. Машина выглядела очень и очень дорогой, зарплаты моих родителей, наверняка, бы даже не хватило даже на одно колесо.

— У тебя классная машина, Артём, — сказала я, поглаживая рукой свое сиденье. — Мне так нравятся темные салоны, они смотрятся так просто, но со вку…

— Рита, меня не интересует, что тебя нравится, — холодно ответил Артем, отчего у меня моментально испортилось настроение."

"Я замолчала и отвернулась к окну. Обида и испорченный вечер сделали свое дело, и вот я уже тихонько всхлипывала, пытаясь заглушить рыдания, рвущиеся наружу.

— Успокойся, Рита, — тихо сказал Данилов. — Я не хотел тебя обидеть.

— Почему нельзя просто вести себя по-человечески? — я повернулась, и наткнулась на непроницаемый взгляд.

— Я такой, какой есть, — в его голосе послышались твердые нотки. — Просто ты меня не знаешь.

— Не знаю, и даже знать не хочу, Артём, — всхлипнула я. — Я представляла тебя совсем другим. Я думала, у Тимура не может быть таких друзей, как ты.

— И каких же?

— Вот таких засранцев, — выпалила я.