— Госпожа, — остановил меня хмурый Гаррет, когда я тоже дёрнулась идти за стражами, несущими на плаще Кевина, — вам тоже не помешает заняться своим здоровьем. Целитель уже ждёт в ваших покоях.

— Какой целитель? — дрожащим голосом спросила я, боясь выпустить из вида Хильсадара. — Зачем он мне? Пусть спускается сюда! Кевину нужна…

— Целитель не поможет губернатору, — оборвал меня страж, осторожно направляя в сторону парадной лестницы. — Ему нужен антиэффект. Леди аир Дин здесь как раз для этого. Она «выметет» Тьму бытовой силой. Эликсиры и снадобья… или не дай Боги целительная магия сейчас недопустимы в лечении сейш Хильсадара.

Их воздействие всколыхнёт Тьму. Она усилится и пожрёт дракона, поэтому…

— Нет! Не говори так! Я поняла… но не говори! Я… — дёрнувшись в сторону, поспешила догнать стражей, крикнув через плечо, — я отказываюсь это слушать! Попроси целителя подождать. Как только я увижу, что кризис миновал, сразу к нему поднимусь. Пусть пока мадам Анна накормит его.

Страж тяжело вздохнул, но бежать за мной и настаивать на своём не стал, за что я ему безумно благодарна.

Кевина внесли в гостевую спальню, которая находилась на первом этаже.

Гостья влетела в комнату чуть раньше стражей и тут же принялась ругаться сквозь зубы, сразу на ходу смахивая рваными движениями чёрные сгустки Тьмы.

Я узнала её. Татиэль была той мулаткой из дорогущей ресторации, которая отказалась перемывать мне и Кевину кости.

— Живее! Боги! Как же так он… Эван!

— Работай, Ти. Всё потом, — Эван стиснул челюсти. Вопреки всем предупреждениям сейш Сагай крепко сжимал ладонь своего побратима, прекрасно видя, как Тьма распространяется по его коже.

Кажется, это помогало.

Сбивало напор проклятия. Жадная Тьма пыталась угнаться за двумя зайцами, поэтому ослабляла атаку на организм Кевина.

— Демоны! — ругалась смуглая невысокая женщина. Тьма в её руках опадала грязью на мокрую тряпку, которую аир Дин потребовала сразу. — Как же много. Эван! Уберись. У меня не хватит и на тебя сил…

— Ничего. Лилия уже летит. Она меня «почистит». Концентрируйся на Кевине. Как он?

Татиэль с Сагаем переговаривались, борясь за жизнь своего друга, а я могла лишь не мешать, отчего чувствовала жутчайшую беспомощность.

Меня просто накрыло паникой. Самой опасной — тихой.

Я прижалась спиной к стене и медленно съехала по ней к плинтусу, обняв коленки обеими руками. Хотелось спрятать лицо в получившееся кольцо рук, но я не могла оторвать взгляда от Кевина. Казалось, если сделаю это, случится что-то очень плохое!

Дочь канцлера трудилась не меньше двух часов. Обессилела совсем, но не отступала, снимая разъедающее проклятие с Кея до последнего сгустка черноты.

Я выпала из реальности, проживая ужасные часы своей новой жизни.