Быстро прижимаю ладонь к его губам и испуганно оглядываюсь на Тёму. Он поднимает голову и с интересом прислушивается. Так и знала!

– Драться плохо, – внушаю сыну. – Цивилизованные люди всегда найдут способ договориться без применения кулаков.

Марк убирает мою руку от своего рта, но не отпускает её. Говорит насмешливо:

– А если слова не действуют, всегда найдётся цветочный горшок!

– Марк! – возмущённо восклицаю я и выдёргиваю руку. Недовольно откидываюсь на сиденье и чеканю слова: – Ты же не методы ведения переговоров хотел со мной обсудить?

– Ах да, – мрачнеет тот. – Я обещал рассказать о своём семейном положении.

– Не то чтобы меня это интересовало, – торопливо замечаю и поглядываю с интересом. – Ты сам предложил."

"– Я уже год как разведён, – огорошивает Власов.

Теряюсь, поскольку не ожидала услышать подобное. И меня ещё сильнее раздирает от любопытства, не могу сдержаться:

– С Лерой?

– Что? – Он хмурится, а потом фыркает: – Нет, конечно!

«Нет, конечно, – повторяю про себя. – Что означают эти слова? Лера была для развлечения? Для снятия стресса?»

Теперь мрачнею я, понимая, что, может, и не была, а до сих пор есть. Удобно, легко, всегда рядом в ночные дежурства и никаких обязательств. И детей тоже. Власов странно посматривает на меня:

– Тебя расстроило то, что я не женился на Валерии?

– Меня давно не расстраивает всё, что связано с тобой, – парирую я и показываю на стоянку. – Подожди там пять минут, я быстро.

В группе меня встречает Мария Константиновна, и я обеспокоенно присматриваюсь к её опухшему лицу.

– Что-то случилось? Как вы?

– Как вы, София Олеговна?! – эмоционально восклицает она и хватает за руку. – Это моя вина! Вы, наверное, так испугались… Даже представить страшно! Простите меня.

– Вы тут ни при чём, – уверяю её. – Так сложилось.

Женя солгал, Тёмка испугался и улучил момент, чтобы улизнуть. Приседаю на корточки рядом с сыном:

– Что ты вынес из вчерашней ситуации?

– Я больше не буду верить словам дяди Жени, – твёрдо обещает Артём.

– Понятно. – Я прячу улыбку и говорю как можно строже: – Но вынести нужно другое. Я – мама, ты – ребёнок! Я забочусь о тебе, а не наоборот. Не подвергай себя опасности. Хорошо? Вот вырастешь и, когда я стану старушкой, тогда другое дело.

– Ты не станешь старушкой, – заявляет Тёма. – Я вырасту, женюсь на тебе и буду заботиться, как взрослый!

Поперхнувшись, кашляю, и даже бледная Мария Константиновна смеётся.

– Жениться для этого необязательно, Артём. Иди в группу.

Когда сын уходит, она берёт меня за руку и тихо произносит:

– Ко мне на работу вчера неожиданно пришёл бывший муж. Говорил, что срочно нужно поговорить, а когда я вышла, потащил в переулок…

Я затаиваю дыхание, прижимая ладонь к груди.