Помните, как это было? Такой удар в спину не забыть, верно?

– Какое отношение это имеет к медицине? – насмешливо спрашивает молодой человек в очках.

– Самое прямое! – Спускаюсь с трибуны и приближаюсь к нему. – Это серьёзная психологическая травма. Рана, которая беспокоит до самой смерти, мешая строить гармоничные отношения с людьми. Как личные, так и рабочие, ведь после произошедшего вы подсознательно ждёте предательства. Я предлагаю взглянуть на ваши спины, признать, что раны есть, и наконец излечить их.

– И как вы собираетесь это делать? – задаёт вопрос женщина средних лет.

Ловлю её скептический взгляд и отвечаю широкой улыбкой:

– Никак. Работать будете вы, а я стану только направлять. Сегодня не ждите ни скучных лекций, ни весёлых фокусов. Это тяжёлый труд! Кто готов заглянуть в себя, идёт за мной.

Направляюсь к выходу, и у двери меня догоняет Власов:

– Соня, что ты задумала?

– Лето на дворе, – улыбаюсь ему. – Зачем торчать в душной аудитории? Идём на улицу!

Он приподнимает бровь, а я пожимаю плечами, не собираясь объяснять, что собираюсь выбить этих людей из привычной среды обитания. В этих стенах медперсонал чувствует себя как рыба в воде. Если все их действия и реакции будут исходить из привычных паттернов, успеха не жди. А ещё скоро приедут мои ученицы, а их размещать негде.

Люди в белых халатах, переглядываясь и возмущаясь, неохотно поднимаются и гуськом стекаются к двери. Чтобы всем спуститься и расположиться на зелёной лужайке, уходит немало времени, и я вижу Любочку, которая ведёт к нам участниц из центра. Им тоже придётся сегодня выскочить за пределы личного шаблона поведения. Не говоря уже обо мне.

Но я не боюсь. На самом деле ощущаю небывалый подъём, потому что обожаю нестандартные ситуации, в которых за несколько минут можешь узнать о человеке больше, чем за десятилетие. И тут ко мне подходит миловидная молодая женщина, которая кажется мне смутно знакомой.

– Что будут делать те, кого никогда никто не предавал?

– Работать в два раза больше, – сообщаю ей.

– Почему?

Глава 13

И тут понимаю, кто передо мной! За пять лет она изменилась до неузнаваемости, из юркой, как мышь, практикантки превратилась в строгого, уверенного в себе врача, набрала килограмм пять (по кило за год), отрастила длинные волосы, которые собирала в пучок, приобрела очки, но это всё та же Лерочка, которая так упоённо целовалась с чужим мужем!"

"Секунду стою, приходя в себя после неприятного открытия. Эта женщина работает с Марком? И какого лешего меня это волнует? Не сдерживаюсь и смотрю на её руки, скрещённые на груди. Кольца нет, но это ничего не значит. Власов оставлял своё дома, мотивируя тем, что всё равно приходится снимать, а на работе легко потерять.