— А накосячил… Во! — распахивает руки.

— Так и скажи, тебе понравилось, — хмыкаю. — Просто на дополнительный куник напрашиваешься.

С удовольствием наблюдаю за тем, как Моника пунцовеет и смущается.

Алчно смотрю.

Впитываю.

Вбираю.

Каждую деталь… Каждую эмоцию пью с ее личика.

Моменты открытости в ней редкие, как солнце в сумрачной и туманной области.

Каждый такой миг получается острым и запоминающимся. Блять, я по минуте могу воспроизвести наши встречи и стычки.

Смакую все и насливаю новые нюансы.

Моника оказалась шкатулкой со множеством сюрпризов, ранг сложности — со звездочкой.

Плюс она горячая штучка…

Нравится вгонять ее в краску, про то, как моему члену в ней кайфово, вообще молчу.

Вспоминаю слова Тиграна. Мол, член сломала. Херня какая-то… Еще как все работает. Как молот на наковальне…

— Сколько ты хочешь? Денег.

— У тебя они есть, что ли?

— Будут. Если ты намерен разобраться с Калмыком и разберешься, у меня будет все. Нет, постой. Я список составлю. Того, что этот урод мог присвоить, — призадумывается. — Да, список будет в самый раз.

— Вот еще. По-твоему, я буду с листочком в руке сверяться?

— А я бы сверилась! Я бы сверилась… и еще какого-нибудь урода наняла.

И если бы чешо-то недосчиталась, приказала бы ломать этому говнюку по одному пальцу. Вот только у него столько пальцев нет и на руках, и на ногах, вместе взятых, чтобы расплатиться за все сделанное.

— Он раскололся бы раньше, чем услышал хруст. Гарантириую. Такие людишки ничего из себя не представляют по отдельности.

— Я составлю список, — заявляет Моника.

— Эй, девочка, кто сказал, что я за твои списки впрягаться собираюсь?

— Никто. Но я согласна… эээ… скрасить твой будущий отпуск, если ты справишься с задачей, — заявляет с королевским снисхождением.

— Ты этот хотя бы отрабатывать начинай, — недвусмысленно вдавливаю ее в матрас и оказываюсь сверху.

Агрегат в полной боевой готовности, рад выдрать тугую щелочку.

— Может быть, лучше поспать?

— Поспишь! Снимай трусы…

Придерживаю лицо за подбородок, глубоко орудуя языком, слышу, как Ника постанывает, плавится. Тонкие пальцы скользят по плечам, царапают их. Дрожь, влага наших ртов, сочные причмокивания ее поцелуев заставляют улыбаться между заходами.

— Ты опять без резинки?

— Я чистый. Стерильный. В плане болячек и зачатия ничего не грозит.

Смотрю, как она раздевается, наслаждаюсь ее гибким телом и длинными ногами.

Сам раздеваюсь еще быстрее, член от нетерпения вибрирует дрожью.

— Я хочу, чтобы во время моего отпуска ты носила только юбки или платья.

— А еще что? Завтрак в постель?

— Можно. Завтрак в постель. Минет к завтраку. Можешь начинать с минета… Да, пожалуй, так будет славно. Отказывать не рекомендую.

— Притормози!

— А ты на ус мотай.