Очень рано, при всем желании добраться до меня за такое время невозможно, даже если бы все остальные машины в городе испарились.

— Привет! — отвечаю на вызов, невольно разволновавшись.

— Привет. Рита, давай только без обид, — говорит быстро. — Я сегодня не приеду, есть дела.

— Может, приеду я? Возьму такси. Я ужасно соскучилась! — знаю, что навязываюсь, но ведь… вечер субботы, а он уезжает во вторник на рассвете.

— Не стоит. Созвонимся завтра.

— Это Лешенька? Привет ему! — кричит из кухни мама, папа поддакивает, я никак не реагирую.

— Ай, солдат, у тебя точно все в порядке? — спрашиваю напряженно.

— Ага. Маме с папой приветы. До связи, Ёжик, — и он кладет трубку, не дождавшись моего «и тебе от них большущий». Становится грустно, он попросту отшил меня.

Некоторое время я брожу по квартире, заламывая руки, поглядывая в окна.

— Поссорились, что ли? — спрашивает отец с дивана как будто равнодушно, но я не верю наигранному безразличию. Делает телевизор потише. Он в курсе, как я ждала вечера, да и разочарование такой силы, что скрыть невозможно.

— Нет, просто у него дела.

— Вот так вы и будете жить вместе, у него «дела», а ты дома одна в ожидании.

— У всех могут быть дела, и у меня тоже.

— Угу, я посмотрю, какие у тебя дела будут, если он этого не захочет! — поддакивает мама из кухни. У меня прекрасные родители, но у них есть один весомый недостаток — они боятся. Боятся обострить, сказать правду, поссориться, кому-то не понравиться. Особенно отец, да и мама туда же. Украдкой они обязательно вставят пару слов, как сейчас, но в лицо — никогда. Я это поняла еще в школе, когда на мои жалобы из-за издевок насчет внешности мне советовали каждый раз обращать все в шутку и смеяться громче остальных.

— Мама! Он не такой как дядя Глеб, ну что ты опять начинаешь! — парирую, раздумывая, что же делать. В конце концов, он ведь собирается жить со мной. В таким случае, я бы ждала его дома.

— Прежде чем бросать свою работу в столице, надо трижды подумать, — вкрадчиво советует отец. — Я тебя, конечно, всегда возьму к себе в магазин, будешь тесто месить для пельменей ночами, но…

— Папа! Ну какое еще тесто для пельменей?! — всплескиваю руками.

— Куда-то еще могут взять со школьным аттестатом? В нашем «Мясном бароне» очень хорошо платят, и отпускные, и больничные. Не худший вариант.

— Ладно, я поняла. Пельмени — так пельмени.

На самом деле, Леша ведь и правда уезжает на полтора месяца. У меня остается буквально два с половиной дня, чтобы принять окончательное решение — выбираю я Москву или его. Саня взял мне билет домой на седьмое июля, время поджимает. Я решительно иду в прихожую и обуваюсь.