– Скажу, что у меня амулет рассчитан на одного человека.

– С багажом, – напомнила мама.

Но я-то, дорогая матушка, не рассчитана на объяснения со своим реальным парнем, если вдруг он решит изменить брумболу и встретить меня в зале перемещений, когда вместо багажа обнаружит Торстена!

– Закари пойдет вместо дорожного сундука?

– Почту за честь, – хмыкнул он. – Не вижу смысла возвращаться домой, если мы можем переместиться отсюда. Просто покрепче обнимемся, милая.

– У меня с собой много вещей.

– Ты же приехала с пустыми руками, – неожиданно подал голос Йен, хотя ему-то за взрослым столом никто не давал право голоса.

Я одарила мелкого паршивца, не умеющего держать язык за зубами, выразительным взглядом. Он мгновенно опустил голову и с самым заинтересованным видом принялся ковыряться в тарелке, словно нашел в ней что-то новенькое, еще не попробованное.

– Хочу забрать с собой теплые вещи, – объявила я, не придумав причины лучше, как забывать Торстена в замке.

– Завтра перешлем, – отмахнулась мама. – Отправляйтесь вместе.

В шесть часов вечера бессовестный Закари Торстен прощался со своими родителями в холле башни Варлок. При нем были саквояж и обаятельная улыбка, а еще он ласково поцеловал свою мать в щеку. Полагаю, если я брошусь обниматься с Беатой, у той случится затяжной шок.

Когда Торстен протянул руку моему брату для рукопожатия, тот едва не заскулил от счастья и выдохнул, глядя снизу вверх:

– Ты же к нам еще приедешь?

– Конечно, мелкий, – уверил он.

Надеюсь, мне уже не придется присутствовать при новой эпохальной встрече.

– Пойдем, иначе пропустим время перемещения, – поторопила я, покрепче сжимая ручку маленького сундучка с разными мелочами.

Обычно давалось десять минут после назначенного времени, чтобы пробудить амулет. Иначе он сгорит, и добираться придется замковым порталом. Портал во всех отношениях прекрасен, однако перемещает жестко, как дрова в телеге, и в Деймран не попадешь, только в соседний городок в часе езды.

Наконец мы вырвались из родственных объятий на улицу и быстро спустились на брусчатую площадь, озаренную огнями на крепостной стене. Сначала взялись за руки, но портальная магия в амулете, ограненном продолговатом камне на длинной цепочке, не отозвалась.

– Проклятие, Торстен, тебе обязательно было садиться мне на хвост? – проворчала я, понимая, что действительно придется прижиматься друг к другу. – Что тебе помешало вернуться из дома?

– Нелогичность, – ответил он, притираясь грудью к моим лопаткам и сжимая одной рукой плечо.

– Мог спиной прижаться, – проворчала я. – Что ты притиснулся, как к последней девушке на земле? Отодвинься.