Почему я на него так реагирую? Почему именно он, а не Артём, сидящий рядом, который позвал меня на свидание и сейчас очень мило ухаживает.

Кто мне объяснит?

Прикрыв глаза и сделав глубокий вдох, пытаюсь вникнуть в суть разговора за столом.

Ближе к вечеру Артём развозит нас по домам. Когда остаемся одни в машине, Артём начинает разговор:

— Лин, я хотел извиниться за прошлый раз, что не вмешался у клуба. Мне дали понять, что вы с ним родственники, а когда ты вернулась с озера и наехала на брюнета, я понял, что повёлся. Мне нужно было вмешаться.

Ну Мирон, получит у меня.

— Всё нормально, Артём. Эрик — друг Яна и у нас были небольшие разногласия.

Которые, похоже, перерастают в большие.

— Сейчас всё хорошо, всё решили? — внимательно смотрит на меня.

— Да, — улыбаюсь.

Потом Артём рассказывает, кто его родители, что его ждёт кресло отца, только для этого нужно получить диплом.

В общем, самый обычный мажор.

Но милый мажор.

Он мне нравится.

Подъехав к дому, Артём выходит из машины и бежит к моей двери, чтобы её открыть. И чтобы не создавать неловких моментов, дожидаюсь, когда он мне её откроет.

— Спасибо, — широко улыбаясь, выхожу из машины.

Артём закрывает дверь и, прижимает меня своим телом к машине и говорит:

— Лин, ты мне очень нравишься. Ты же пойдёшь со мной на свидание?

И в этот момент я слышу грубый до жути пугающий голос.

— Сначала у её брата спроси разрешение.

Эрик стоит, опершись плечом о калитку, и наблюдает за нами.

Блин, как долго он здесь стоит.

Мне никогда не было так стыдно.

Хотя.

За что мне должно быть стыдно?

— Конечно, — невозмутимо говорит Артём. — Брат дома? — уже повернувшись ко мне, спрашивает.

Не успев ничего ответить, Эрик отвечает за меня:

— Нет его.

— Артём, давай потом заедешь и спросишь, — произношу я растеряно.

Эрик с нас глаз не сводит, и это вводит меня в ступор.

— Хорошо, — обмениваемся телефонами.

Артём целует меня в щёку и уезжает.

Направляюсь в сторону дома. Прохожу мимо Эрика, который так и стоит, опершись о калитку и внимательно за мной наблюдает.

— Приятно, когда вмешиваются в твою личную жизнь? — с насмешкой спрашивает Эрик.

Чего? Он что, до сих пор не простил мне мёд? Или он мне мстит за сорвавшийся секс?

— Прости, что вмешалась в твою личную жизнь со шлюхой, — ядовито проговариваю я.

Эрик срывается с места и, схватив меня за горло, прижимает к забору.

— С кем бы я ни был, тебя это не касается, — грозно произносит Эрик, при этом смотрит на мои губы.

А меня трясёт, и не от злости, что он схватил меня так грубо, а от возбуждения.

Я что, извращенка?

— Если желаешь занять их место, прошу…Но учти, надолго они в моей постели не задерживаются.

Эрик отпускает меня и уходит в сторону дома.

— Придурок.