— Не сдерживайся, хочу, чтобы ты кричала, — рычит Багров, вколачивая меня в матрас так, что мне кажется, кровать не выдержит. Останавливается лишь на мгновение, чтобы забросить мои ноги к себе на плечи, и продолжает свой безумный темп.

Я так уязвима сейчас. Но вместо того, чтобы прийти в себя от морока, это только подстегивает, усугубляет мое состояние.

— Кричи, — требует Феликс, кладет пальцы на клитор и нажимает, кружит по нему, продолжая меня трахать в безумном темпе.

Мне бы очень хотелось быть сильной и остаться равнодушной ко всему, что происходит.

Но я слабая. Мое тело сдается, мышцы сокращаются, а из горла вырывается стон, сдержать, который я не успеваю.

Несколько особенно глубоких толчков, и Багров кончает вслед за мной, наполняя своим семенем.

Отстраненно думаю о том, что, к счастью, врач выписала мне таблетки, и я все же не стала ими пренебрегать. Потому что рожать от такого, как Феликс, я совершенно точно не хочу.

— Пиздец, как хорошо, — довольно выдыхает он, опуская мои ноги и продолжая нависать надо мной. Я же отворачиваюсь к стене, чувствую, что пала ниже некуда.

Планировала ведь совсем иначе.

Багров проводит носом вдоль шеи, жадно вдыхает, оставляет след от языка, будто пробует меня на вкус.

— Теперь я могу идти? — сдавленно спрашиваю, не зная, куда деться и как себя вести после всего. Вместо ответа чувствую крепкую хватку на подбородке, а в следующее мгновение встречаюсь с раздраженным взглядом Феликса…

34. Злата

— Думаешь, я с тобой закончил? — в его глазах насмешка, которая лишь в очередной раз напоминает, кто я для него и зачем здесь. Пусть и в красивом антураже, суть от этого не меняется.

Феликс многозначительно смотрит, а затем делает небольшое движение бедрами, и я с ужасом понимаю, что он снова хочет.

— Опять?! Мы же только что… Я не могу!

Мое возмущение просто проигнорировано, а сама я оказываюсь на четвереньках практически лицом в подушку.

— Все ты можешь, красота, — выносит вердикт Багров и буквально врывается в мое тело.

Снова. Он снова это делает. Всего несколько фрикций, а мое, казалось бы, уставшее тело реагирует на него!

Всхлипываю, уткнувшись лицом в локоть, но мой мучитель не довольствуется малым — перехватывает под грудью, кладя ладонь на одну из них.

Сжимает до ощутимой боли, одновременно врезаясь особенно глубоко членом.

— Ахх… — сдавленный стон выдаёт меня с головой.

— Упрямая чертовка, — с трудом разбираю шепот мужчины. — Тебя так сладко трахать, и ты хочешь лишить меня этого?

Я не хочу ничего чувствовать, но мои желания перетекают в другую плоскость. Разумные доводы меркнут, остаются где-то там, за скобками происходящего.