— Чего он так нажрался? — хохотнул Борис, наблюдая за конвульсиями своего пьяного сокурсника, — Мне кажется, он исполняет брачный танец для привлечения самки. Друзья загоготали в голос.

Включается более медленная мелодия, и женский голос звучит на всё помещение звонким чувственным сопрано. Танцующие начали собираться в пары, медленно кружась по залу, выводя плавные круги. Кто-то прижимался к своему партнёру всем телом, умудряясь сливаться между собой ртами, кто-то наоборот еле дотрагивался, просто кружась на месте.

Вот она. Только не на танцполе. На столе. В дальнем углу зала. Намотав длинные волосы на руку, прижала их высоко к голове. Она, держа в другой руке тот же или уже другой стакан с зелёной жидкостью, плавно двигала бёдрами и присаживалась. Изгибалась в такт чувственной музыке, и тут же резко вставала, ритмично покачивая головой. Распустила кудри. Вскинула свободную руку в пространство, растопырив пальцы. Ухватилась за что-то в воздухе. Раскачивалась плавно, чувственно, как будто не просто танцевала, а растворялась в каком-то своём мире, гармонично двигаясь и не замечая никого вокруг.

— Это что, Ромашова? Вон там, на столе? — Боря удивлённо тыкнул туда, куда и так уже минут пять смотрел Максим как загипнотизированный.

Громова как молнией шандарахнуло. Это он на Ромашову пялится весь вечер?

— Меня сейчас стошнит, — тряхнул головой Максим.

— Это когда заучка Ромашка успела так преобразиться? Я её вчера видел, мышь мышью. Это точно она? — парень прищурился, чуть выдвинувшись вперёд. Пригляделся к девушке на другой стороне зала, выписывающей кренделя своими бёдрами, скрытыми под короткой чуть пышной юбкой.

— Она. — хмуро кивнул головой Макс, наблюдая за девушкой, которая в этот момент оступилась и полетела прямо за стол. В полёте она держала высоко руку со стаканом, как будто это было единственное, за что она переживала в этот момент. Последним, что он увидел, были её ноги, которые быстро скрылись между задней частью стола и стенкой.

* * *"

"— Отпусти! — вырывая руку от Ромы, Лиза шатающейся походкой направлялась к общежитию, гордо вздёрнув нос, — Я и сама в состоянии дойти!

— Ром, не лезь, — Глеб озабоченно быстро шагал вслед за подругой, Даша вприпрыжку поспевала за друзьями, — Лиза, подожди нас!

Ромашова резко остановилась и развернулась. Упёрла руки в бока и гневно посмотрела блуждающим взглядом от одного лица на другое, задерживаясь на Роме:

— Ты не моя мамочка, Роман Пожарский! — воскликнула она, подходя ближе и тыкая рыжему другу указательным пальцем прямо в глаз, отчего тот согнулся с громким охом пополам, приложив руки к пострадавшему глазу.

Кинув на него уничтожающий взгляд, Лиза, пошатнувшись на развороте, зашагала в сторону общежития.