Она лукаво улыбнулась, прикрыла глаза ресницами и уже гораздо смелее расстегнула ещё одну пуговичку на его рубашке.

– Я же уже видела тебя без неё, – проникновенно произнесла Левидия, подняв брови. – Или… ты стесняешься? – ехидно добавила она.

Лис глухо рыкнул и подался вперёд, придвинув Леви практически вплотную к себе. Сидеть ей сразу стало неудобно на один бок, а ещё, она отметила, что ладонь Доннера спустилась ниже и удобно устроилась на её бедре, и маркиза ощутила, какая она горячая. Малахитовые глаза Лиса опасно блеснули в полумраке, молодой человек прищурился.

– Не дразни меня, Рыся, – тихо-тихо произнёс он без тени веселья. – Лучше иди к себе, маленькая…

– Я не маленькая, – перебила его Леви так же тихо и так же серьёзно, её тёплая ладошка скользнула под распахнутую рубашку, и девушка погладила грудь Доннера. – И мне нравится тебя дразнить, – снова улыбнулась она – пальчики другой руки зарылись в тёплый мех хвоста и легонько погладили.

Дон резко выдохнул, поймав шуструю конечность невесты, прищурился, пока ещё сдерживаясь – хотя от деликатных прикосновений мягких подушечек, выводивших на его груди узоры, сердце то и дело сбивалось с ритма.

– Мне казалось, ты не хотела торопиться… – начал было он, упорно не поддаваясь шквалу, бушевавшему в крови.

Леви выпрямилась, несколько мгновений смотрела в его расширенные зрачки, потом без всякого стеснения уселась верхом на его колени, не обратив никакого внимания на то, что подол ночной рубашки задрался почти до колен.

– Ты меня любишь? – спросила она негромко, обхватив его лицо ладонями.

– Очень, – с готовностью ответил Дон, его руки медленно провели по бёдрам девушки и замерли в считанных сантиметрах от края собравшегося в складки подола. – Рыся…

– Это главное, – прошептала Левидия и вновь прижалась к его губам."

"Игриво пробежалась язычком, чуть прикусила и тут же лизнула, и одновременно руки девушки спустились на его плечи, потянув с них рубашку. Лис сам не заметил, как перехватил инициативу в очередном жарком поцелуе, и как его пальцы скользнули ниже, забрались под край ночной сорочки… Кожа у Леви оказалась гладкой, тёплой, чуть бархатистой, как персик. И девушка не остановила его. У барона закружилась голова от близости такого желанного тела, на которое он долгих три года только любовался издалека, не смея подойти и обозначить свои намерения, и то, что сейчас вытворяла неугомонная Рыся… Её пальчики смело скользили по его обнажённому торсу, изучали открывшиеся просторы, она так соблазнительно прижималась к нему, так сладко целовала…

– Что ты творишь… – пробормотал он прямо ей в губы, не в силах остановиться и потихоньку подбираясь к упругой попке, не обременённой лишней одеждой, как успел уже понять Дон.