Вчера я видела домработницу, но не запомнила, как её зовут.

— Анна Николаевна, — произносит, будто прочитав мои мысли, — Можно просто Анна.

— Извините, — как же неловко.

— Ничего страшного, — отмахивается, — Вы что—то хотели?

— Да, но я сама всё сделаю, — не хочу, чтобы за мной ухаживали.

— Простите, что вмешиваюсь, но Кирилл Витальевич просил напомнить, чтобы вы не завтракали.

На секунду замираю. Вот блин! Анализы. Я совсем забыла.

— Точно. Спасибо большое. У меня совсем вылетело из головы, — с тоской смотрю на бутерброды, которые делает женщина.

— У беременных такое бывает. Вот, возьмите с собой. А ещё вот это, — достаёт из под стола термос, — Там чай. Перекусите.

У меня на глаза наворачиваются слёзы от такой заботы.

— Наверняка Кирилл Витальевич позаботится о том, чтобы вы поели после, но я взяла на себя смелость, собрать небольшой перекус. На всякий случай."

"— Вы просто волшебница, — благодарно выдыхаю. Уж не знаю, что там задумал Юданов после врача, но завтракать с ним я не намерена, так что хлопоты женщины не пропадут даром.

— Да что вы, — отмахивается, — Пустяки. Мне в радость о ком—то заботиться. В этом доме давно не было людей, — мне кажется или я слышу грусть?

— А как же ваш шеф? – сажусь за стол. Мне становится интересно поговорить с прислугой. Они всегда всё знают.

— Он редко сюда приезжает. И не любят, когда его беспокоят.

— Хм…, — это что, действительно дом, где мужчина встречался с любовницами? Нет, меня конечно его личная жизнь не волнует, но какую—то брезгливость я ощутила.

— Кирилл Витальевич никогда сюда никого не приводил.

— Вы что, телепатией обладаете? – в шоке смотрю на Анну. В ответ, она лишь добродушно смеётся.

— Вы такая смешная. Карина Влади…

— Просто Карина! – резко пресекаю обращение по отчеству, — Пожалуйста.

— Как скажите. Карина, у вас все ваши мысли на лице написаны. Вы как открытая книга. Зря вы думаете плохо о моём боссе, — проскальзывают нотки обиды, — Кирилл Витальевич очень хороший человек!

Удивительно, но за последние дни подобную фразу в разной интерпретации я слышу постоянно.

— Вы вообще знаете кто я ему? – становится любопытно, как Юданов меня представил.

— Нет, — отрицательно мотает головой, — Сказал лишь, что вы хозяйка теперь в этом доме. Вы…, — явно хочет спросить о наших с ним отношениях, но не решается, — В любом случае, мне велено подчиняться вам.

Морщусь от того, как это звучит. На затворках сознание мелькает вчерашний разговор. Тогда я не обратила на это внимание, но сейчас вспомнила. Кирилл действительно сказал, что я хозяйка. Не гостья, не родственница. Может, я слишком зацикливаюсь, но почему у меня такое чувство, будто за этим определением кроется что—то важное?

— Ясно, — вздыхаю, — Надеюсь, мы с вами поладим.

Развивать разговор не спешу.