Они же с Максом развлекались целый вечер как могли. Только в отличие от Стальнова, этот тип мне не нравится. Особенно его взгляд.

Чувствую себя неуютно, но киваю и направляюсь к кофемашине. Заливаю свежую воду, нажимаю на кнопку.

– Давно здесь?

– Пару недель, – отвечаю, стоя спиной к мужчине.

Не доверяю я ему. Но он друг Макса, а я – прислуга. Нужно вести себя вежливо.

– Кофе будет готов через минуту.

Я хочу сбежать с кухни, но мне закрывают дорогу. От Романа тоже несет спиртным. Вот что за мужчины? Устроили пивнушку с ребенком-то в доме!

– Я могу пройти? – смотрю ему в глаза.

Главное, не показывать страх. Я дома, я в безопасности. На улице собаки, наверху Макс.

– Куда ты спешишь? – он улыбается. – Побудь со мной.

Роман осматривает меня. Его помутневший взгляд останавливается на моих губах.

– Простите, но мне нужно идти, – пытаюсь его обойти.

Но он настолько поддатый, что опять перегораживает мне дорогу.

– Куда! – рявкает. – Стой.

Хватает меня за руку и дергает на себя. Пытаюсь вырвать, но хватка железная. Мне кажется, я в ловушке, а в душе поднимаются ужас и злость.

– Красивая у Мак… са прислуга, – он дышит мне в лицо перегаром.

Он нависает надо мной, вжимает в стену. Меня охватывает паника. Я пытаюсь его оттолкнуть, пинаюсь, но в домашних тапочках нереально нанести хоть какой-то ущерб. Стараюсь вырваться. Рукой сбиваю со стола кружку, и вода хлещет нам под ноги.

Он не обращает внимания, даже когда я бью его по лицу. Наоборот, от удара еще больше распаляется. Перехватывает так, что теперь мои руки зажаты в его руках. Я понимаю, что не могу двинуться, только махать ногами. Но мои удары его не тревожат.

Одной рукой Ветров зажимает мне рот, а второй задирает подол домашнего платья.

– Тише, – шепчет бессвязно. – Я осторожно. Расслабься.

Его пальцы лезут ко мне в трусы!

Я умудряюсь вцепиться зубами в другую руку. Он с руганью отталкивает меня, и это дает немного свободы.

– Помогите! – кричу так громко, как только могу.

Но крепкая потная ладонь вновь зажимает мне рот. Стону в нее.

Теперь я прижата спиной к груди Ветрова. Слезы текут по моим щекам.

– Перестань дергаться! – шипит он. – Ты всего лишь прислуга. Я хорошо заплачу, Макс не будет против, поверь.

Ветров дышит мне в ухо. Его влажный язык скользит по мочке, потом лижет шею.

Меня передергивает от омерзения.

О чем он говорит? Что значит “Макс не будет против”? Это то, о чем я думаю?

Нет, не может быть такого! Нужно вырваться!

Бьюсь в его руках, но силы уже на исходе. Слезы застилают глаза плотной пеленой.

– Ну ты и гнида! – рявкает за спиной голос Макса.

Да, это точно он.

Хватка слабеет. Меня отпускают, и я оседаю на пол. А мой спаситель швыряет Романа на пол.