Я двадцать пять лет была правильной и удобной девочкой. Чтобы заслужить хоть немного родительского внимания, одобрения. Любви, о которой так мечтала.

Но хрен там. Я все больше и больше напоминаю золушку из сказки. А моя мать — злую мачеху.

Хватит. Я этого не заслуживаю.

Хорошея девочка Тея закончилась."

"— Мама, когда ты научишься меня слышать? — мой тон холоден, но это лишь потому, что я не хочу скатиться в истерику и вывалить все, что накипело и наболело. Только строго по факту. Никаких эмоций и сжигания нервных клеток. — Почему ты намеренно упускаешь тот момент, когда я несколько раз сказала тебе, что тоже пострадала? Почему тебя волнуют только другие, даже чужие дети, а я — нет? В чем я провинилась перед тобой?

В трубке слышится только злобное сопение и тяжелое частое дыхание.

— Что со мной не так? — продолжаю, закинув голову и уперевшись затылком в стену, чтобы слезы не стекали по щекам. Моя бывшая чокнутая семейка их недостойна. — Почему, когда семь лет назад со мной…случилось страшное, и я пришла к тебе за помощью, советом и поддержкой, то ты…

— Я вообще не хотела тебя рожать! — неожиданно выпаливает мать, заставляя меня замолчать.

Она впервые со мной откровенничает. — Но твой папаша-неудачник настоял. И я, вместо того, чтобы развлекаться и жить в свое удовольствие, недосыпала ночами да пеленки стирала. А Герман подарил мне то, о чем я так долго мечтала! Чего мне не хватало всю жизнь! И я люблю все, что с ним связано, в том числе, его детей!

Это откровение меня убивает. Растаптывает, словно кирзовым сапогом, а потом еще и утрамбовывают сверху. Больно. Обидно. Невыносимо.

В груди невероятно жжет, становится тесно и резко не хватает кислорода.

В глазах печет, как будто туда насыпали самосвал раскаленного песка.

Я думала, что перенесла разную душевную боль в этой жизни. Но, оказывается, я ошибалась. Мою мать никто не сможет переплюнуть.

— И поэтому ты считаешь, что теперь я должна страдать? Это своего рода карма для меня?

— Ой, — мать выплевывает слова, и я даже представляю, как она кривится в этот момент, — о каких страданиях ты все время ноешь? Ты не в сказке, Тея, только там девочки спят с принцами по любви. В жизни все по-другому. И если бы ты это приняла, то тебе было бы проще.

И сейчас, помогая семье, подарив Тарасову то, что он просил, и тогда, семь лет назад.

Я стискиваю зубы, не позволяя своим демонам выползти наружу. Как же мне не хватает Давида в этот момент! Даже если бы он просто стоял за спиной, я бы справилась!

Вдох-выдох.

Никаких таблеток, Тея. Они того не стоят. Демоны под замком и там должны остаться.

Вдох-выдох.

Рубить надо сразу, резко и со всей дури. Чтобы не оставлять и призрачной надежды на что-то. Пора взрослеть и умнеть.

— Спасибо за правду. Наконец-то. Прощай, мама.