Возможно, нестабильный эмоциональный фон связан с моей беременностью. Пора бы мне уже сходить к гинекологу и встать на учет. Но здесь опять появляются проблемы. У меня нет медицинской страховки.

За границей нет бесплатной медицины, как в России, поэтому люди приобретают медицинскую страховку. У меня было накоплено немного денег, которые я получала за съемки и плюс мама мне присылала каждый месяц, на подарки мне и внуку. Все это я откладывала, на черный день. Пожалуй, сейчас мне придется ими воспользоваться.

В итоге так и делаю. Покупаю медицинскую страховку и иду на прием к гинекологу. Выбираю, конечно, по своим доходам, самый минимум услуг, в который входят роды. Что буду делать дальше, и на что жить после родов, я не знаю. Если станет совсем плохо, вернусь в Россию, но это самый крайний вариант, потому что я не смогу жить без Дани.

Врач ставит меня на учет, дает направления на все необходимые анализы и дает рекомендации. Заметив мой зеленоватый цвет лица, выписывает несколько капельниц, которые нужно делать на дневном стационаре. Для меня это очень проблематично, нужно утром уезжать из дома так, чтобы не заметил Егор. Надеюсь, в ближайшее время у него не возникнет желания поработать дома."

"И мне придется оставлять Даню няне на всю первую половину дня. Это очень тяжело для меня сейчас, учитывая наше скорое расставание. Стараюсь об этом пока не думать, эта мысль просто убивает меня. Хорошо, что срок еще маленький, всего восемь недель. В последнее время я очень похудела, поэтому, надеюсь, живота будет долго не видно.

Выхожу из медицинского центра и решаюсь прогуляться пешком. Иду не спеша по парку, так погружаюсь в свои мысли, что при переходе дороги не замечаю черную полностью тонированную машину. Она сначала медленно двигается параллельно со мной, потом резко тормозит так, что полностью перегораживает дорогу. Я отскакиваю назад от испуга, готова уже завизжать, но тут из машины выходит мужчина в дорогом костюме и идет в мою сторону.

Когда он подходит ближе и снимает темные очки, узнаю Алекса.

– Извините, Марина, – говорит мне низким приятным голосом, – не хотел вас напугать.

– Если не хотели, зачем напугали, – огрызаюсь, потому что до сих пор не могу прийти в себя. Руку прижимаю к груди, потому что мое сердце до сих пор бьется так, будто сейчас выскочит. Вот ненормальный.

– Давайте, присядем на скамейку, – предлагает мне, указываю рукой в сторону, – а то вы выглядите так, будто сейчас упадете в обморок.

Хотела снова огрызнуться и пойти дальше, но потом поняла, что он не отстанет. Лучше сейчас все выяснить, а то еще домой завалится. У него ума хватит.

Молча иду к скамейке и сажусь на самый ее край. Алекс садится рядом, но на удивление оставляет между нами расстояние. Не давит, уже хорошо.