Мне нужно срочно туда попасть, пока меня не начало выворачивать прямо в коридоре. Вряд ли я смогу правдоподобно объяснить причину своего недуга.

Бегу с сумасшедшей скоростью и со всего размаха врезаюсь в … свою несостоявшуюся свекровь. Вот же черт. Даже равновесие теряю ненадолго, но она успевает меня перехватить за плечи.

– Что за пожар Марина? – осуждающе смотрит на меня и на мою неудачную ночную сорочку, – и что это за вид у тебя?

Я старательно дышу через рот, чтобы утихомирить свой желудок. Хорошо, что в коридоре значительно прохладнее, чем в комнатах и Людмила Сергеевна сегодня не пользовалась духами. Прикрываю руками свою грудь и отчаянно краснею перед ней. Тошнота понемногу отступает, и я вздыхаю с облегчением.

– Услышала, что Даня плачет, и спросонья соскочила с кровати в чем есть, – вру ей с непроницаемым лицом.

– У нас отличная звукоизоляция, – отвечает мне, нахмурив идеальной формы брови, – и там же няня рядом с ним.

– Приснилось, наверно, – тру для убедительности лицо ладонями, – плохо сплю в последнее время, кошмары замучили.

– Ты молодая мама, твои страхи за ребенка вполне объяснимы, – верит наконец-то моим отговоркам, – оденься и зайди в мою комнату. Разговор есть.

Мне эта идея не нравится сразу, как только она у нее появляется, потому что, если она сейчас копнет чуть глубже, я не знаю, что мне отвечать на ее вопросы. Мы с Егором не обсуждали эту тему, хотя стоило бы. Наверняка его родители видели, в каком виде он сегодня заявился домой с «работы».

Я даже под страхом смерти не смогу сейчас зайти обратно в комнату Егора, поэтому судорожно вспоминаю, где может быть еще моя одежда. Облегченно выдыхаю, потому что еще днем оставила в детской свой махровый длинный халат, как знала, что пригодится. На цыпочках захожу в комнату, хватаю халат и так же тихо выхожу обратно. Хорошо, что детская находится значительно ближе, чем комната Егора, так не должно возникнуть вопросов, почему я не пошла одеваться в свою спальню.

Захожу со стуком к своей «не свекрови» и застываю в нерешительности у порога.

– Садись в кресло, – приглашает меня Людмила Сергеевна.

– Спасибо, – спокойно отзываюсь я, хотя на самом деле у меня коленки трясутся от страха.

У нее на журнальном столике стоит поднос с чаем, значит, разговор будет не коротким. Она присаживается напротив меня, и я обращаю внимание, что она, несмотря на поздний час, выглядит идеально. На лице свежий макияж, волосы уложены в прическу, ни одна прядка до сих пор не выбилась, на костюме нет ни одного залома, он идеально выглажен, будто она в нем даже не садилась сегодня. Да, что уж тут говорить, даже ее любимая комнатная собачка выглядит намного лучше, чем я.

Хорошо хоть она не высказалась по поводу моего халата и не отправила меня одеться полностью.