И посмотрел мне в лицо разочарованно и отрешённо.

- Я пришла за ним. – Прошептала я.

- Ты никогда его не полюбишь. – Загорский хрипло произнёс мне это прямо на ухо. – Никогда. Не полюбишь.

Его пальцы больнее сжали моё запястье.

- Пусти. – Попросила я.

Но он лишь наклонился вперёд и вжал меня в свою грудь сильнее.

- Потому что нет никакой любви. Её нет.

- Марк!

Его зрачки расширились. Он определённо реагировал на своё имя, произнесённое мной. Прислушивался, нервничал, испытывал какой-то дискомфорт. Точно пёс, который хотел поступить по-своему, но вынужден был слушать команды хозяина.

- Марк… - Повторила я.

И его пальцы вдруг разжались.

От ощущения власти над тем, кто больше и опаснее меня, у меня перехватило дух.

Загорский пошатнулся и замер, наклонившись над моим лицом. Наши губы были в опасной близости друг от друга, и мне становилось труднее дышать. Я разглядывала его и не могла пошевелиться.

Тёмная, густая борода Загорского за дни заточения отросла и больше не выглядела ухоженной, как прежде, но от этого она смотрелась только суровее и мужественнее.

Его глаза были наполнены чёрной бездной безумия, а щёки сильно впали, сделав скулы еще более очерченными и острыми.

Марк был по-прежнему очень красив. И эта красота не была слащавой или мягкой, она была пугающе сильной и мощной.

- Я хочу расплести твою косу. – Прохрипел он, перебирая пальцами волосы на моём затылке.

Его губы приближались всё ближе к моим. Они выглядели вызывающе сексуально. Я вспомнила тот сминающий, жестокий, больной поцелуй, которым он вгрызался в меня однажды, и подумала о том, могли ли эти губы быть нежными и ласковыми? Хоть когда-то? Хоть с кем-то? Могли ли они…

Но в этот момент Вик что-то замычал, и меня словно ледяной водой окатили.

- Вик, - я бросилась к нему, - Вик, всё в порядке? Я пришла за тобой. Пойдём домой?

- Угу-у…

Я обернулась и увидела, как Загорский босыми ногами шлёпает в сторону бара.

- Мм.. А где Марк? – Промычал Вик."

"- Он здесь, всё хорошо. – Я достала из сумочки телефон и набрала Александра Фёдоровича. – Завтра вы увидитесь, а сегодня мы едем домой. – После пары гудков дядя Саша снял трубку.

– Алло, Александр Фёдорович, поднимитесь, пожалуйста, нужно помочь отнести Витю в машину.

18

Марк

Я так и не знал, видел ли я её в тот  вечер на самом деле, или она мне приснилась. Где-то на границе своей ненависти, усталости и алкогольного бреда она вдруг вспыхнула ярким светом и озарила темноту моей беспросветной ночи. А заодно и мою черную душу, ставшую выжженной пустыней без капли эмоций за все эти годы.

Всё, что я чувствовал к ней, было противоестественным.