Марк провёл языком по пересохшим губам и стиснул челюсти, а я задрожала всем телом и, кажется, перестала дышать.

Наше молчание разорвал дикий смех Воскресенского.

Я бросила на него взгляд. Он лежал на диване, глядя на нас затуманенным взглядом, его кадык дёргался, а голова запрокидывалась назад при каждом взрыве хохота.

- Думаешь, я не знаю, что ты к моей жене в больницу ходишь? Что цветы ей таскаешь? – Вик с трудом поднялся и, качаясь, приблизился к нам. – Передаёшь ей ромашки свои, тюльпаны, лютики, какую ещё хрень? – От него неприятно и тяжело пахнуло алкоголем. - Думаешь, я идиот, и ничего не вижу?

Он качнулся вперёд, и Загорский немедленно отреагировал.

Своей широкой ладонью упёрся в его лицо и с силой, резко оттолкнул. Буквально отшвырнул от себя - точно жалкую собачонку.

Вик беспомощно повалился назад и рухнул на пол, мимо дивана.

- Лучше скажи ей, чем ты занят, пока я это делаю. – С ненавистью произнёс Марк.

В последний раз обвёл меня взглядом, наполненным осуждением, развернулся и вышел из дома.

- У меня всегда было всё, у него – ничего. – Пробормотал Вик, пытаясь доползти до дивана. – Ни-че-го!

- Вить, пойдём спать.

– Я закрыла дверь на засов, подошла и наклонилась, чтобы помочь ему встать.

- И тебя он не получит… - Упёрся головой в диван Воскресенский. – Пусть даже не пытается обхаживать!

- Никто меня не обхаживает. – Устало произнесла я.

- Ты у меня самая лучшая… – Сонно пробубнил он. – Ты на него даже не посмотришь…"

"- Не посмотрю.

- А где там мой сын? – Вик положил руку на мой живот. Я села на пол рядом, чтобы ему удобнее было держать руку. – Вот он. Мой пацан. – Довольно улыбнулся муж.

Хорошо, что он не мог видеть в темноте моих слёз.

34

- Нет, я тебя не отпущу.

– Начал противиться Вик.

Теперь, когда у нас начало всё налаживаться, когда он стал меньше задерживаться в офисе и больше времени проводить дома, мне тоже совсем не хотелось разлучаться. Монотонность больничных будней пугала, она делала ожидание невыносимым.

- Но врачи говорят, что нужно лечь заранее, чтобы сократить риски для малыша. Доносить до тридцать шестой недели – уже большая победа, и если роды начнутся преждевременно, мне нужно быть под наблюдением.

- Но я не хочу отпускать тебя. – Муж наклонился и поцеловал меня в макушку.

– Чем я буду заниматься здесь один?

Я улыбнулась.

- Днём ты всё равно на работе. – Встала, открыла окно, впустила в дом свежий воздух и яркие солнечные лучи. – Да и сейчас уезжаешь.

- У нас деловая встреча. – Развёл руками Воскресенский. – Одна испанская фирма сделала нам предложение о покупке станков. Только вот сомневаюсь, что это будет нам выгодно.

- А Марк что говорит? – Я уперла ладони в подоконник и закрыла глаза.

- Он загорелся идеей, как только услышал о них. Считает это сотрудничество перспективным.