Меня словно окутало не только одеялом, но и крепкими объятиями, а шеи коснулось тёплое дыхание. Правда, поднять веки я не могла, как ни пыталась, а после проснулась от тихих шагов в гостиной и ещё более неразборчивого бормотания. Скинув с себя одеяло, осторожно поднялась с постели, голова ещё немного кружилась, но в целом можно сказать, что моё самочувствие было совершенно нормальным.

Прислушалась: голоса стихли, но зато теперь в гостиной раздавался тихий звон посуды. Прежде чем выйти из спальни, я глянула в зеркало: какой кошмар! Надо бы хоть причесаться!

За этим занятием меня и застал Фрейн – ровно в тот момент, когда я совсем не аристократично разбирала встрёпанные пряди прямо пальцами.

– Шикарно, – прокомментировал он. – Ты выглядишь сейчас так очаровательно варварски. Как ты себя чувствуешь?

Я вздрогнула и обернулась. Он стоял в дверном проёме и любовался без малейшей тени стеснения. Ну ни дать ни взять хозяин жизни, и улыбка на лице такая довольная…

– Я наконец согрелась – этого достаточно.

– Надеюсь, ты голодна? Как раз принесли обед.

– На две персоны… – предположила я.

– А как же ещё?

– Если меня постоянно будут видеть в твоей комнате, то…

– Ничего необычного не подумают, – прервал меня Фрейн. – Ты же моя жена. Мы имеем право проводить время наедине.

Вот чёрт, и правда… Всё никак не привыкну, а мысли не работают в нужном направлении. Для меня этот брак фиктивный и не имеет никакого личного значения, а для окружающих всё выглядит вполне обыденно. Надо успокоиться!

И вкусная еда быстро помогла мне справиться с этой задачей. Всё-таки обедать, завтракать и, возможно, даже ужинать здесь было гораздо приятнее, чем в столовой – под пристальными и не всегда доброжелательными взглядами сокурсников. Однако и от коллектива отбиваться нехорошо. Друзья ещё решат, что я зазналась, а у нас впереди совместные испытания.

– Это всё, конечно, прекрасно, – подытожила я вслух свои мысли. – Но в следующий раз я пойду есть вместе со всеми.

– Зачем? – удивился Фрейн, как будто уже решил, что я крепко влипла в сети комфорта и уединения.

– Затем, что я всё-таки адептка, и моё поведение могут расценить как проявление снобизма.

Боже, но какой же вкусный кофе подают Фрейну! Всё в наилучшем виде и самого высокого качества! Когда я сделала один глоток из чашки, моя уверенность в том, что нужно вернуться в столовую, слегка пошатнулась.

– Наверное, ты права, – пожал плечами тёмный. – А я уже начал привыкать…

Он бросил на меня быстрый хитрый взгляд исподлобья.

– Совершенно зря, – сразу ощетинилась я и встала, забыв допить кофе. – Ого! Скоро уже второе занятие по верховой езде! Мне нужно…

– Беги-беги, – бросил мне вслед Фрейн таким тоном, будто укорил меня в трусости.