Сидя в седле байка в тени напротив «Сладких мелочей» – скромнейшего секс-шопа, какой я видывал, – я наблюдаю, как она преспокойно минует его дверь, ждет, пока на тротуаре больше никого не останется (последний прохожий юркнул в пивную по соседству), медленно поднимается по ступенькам и исчезает внутри.

В магазинчике секс-игрушек! Это что, шутка?

Сказать, что я взбешен, – ничего не сказать!

То, что она так рискнула – отправилась в город на ночь глядя без меня, – довело мой кожный покров до температуры дневного светила. Спасибо, хотя бы додумалась захватить с собой Джуда.

Это принесло мне некоторое облегчение. Но, оставив машину на муниципальной стоянке, они разбрелись в разные стороны. Джуд оказался в питейном заведении, где, как я вижу, его уже угощает какой-то тип. Ему не до Тейлор. Значит, теперь она одна и беззащитна. Мало ли что может случиться с одинокой женщиной! Вот черт!

Я слезаю с мотоцикла и начинаю прохаживаться взад-вперед.

Проходит всего секунд пятнадцать – и оказывается, что меня бросило в жар не только от беспечности Тейлор. Не только из-за этого у меня вспотели ладони, а сам я превратился в один натянутый нерв.

Ей так отчаянно понадобился оргазм, что она рискует ради этого головой.

А виноват в этом я.

Во мне говорит не гордыня, я готов доказывать это даже в суде. Дважды я доводил ее до самого края, но не позволял через него переступить. Сначала помешал чертов буй, потом Джуд, вернее, ужалившая его медуза. Но мне от этого не легче. Она возбуждена, это я ее до такого довел, и теперь она ищет удовлетворения без моей помощи.

Это для меня не просто горькая пилюля, а пилюля, застрявшая поперек глотки.

Нет уж, я такого не допущу. Пусть это выглядит как назойливость, но мне невыносима мысль, что она переступит через край при помощи дурацкой силиконовой штуковины, хотя до этого состояния ее довел я сам. Я создал всю эту постыдную ситуацию. До сих пор то, что у нас с ней не было секса, служило мне утешением, как ни трудно мне было не переступать границу, дважды останавливаясь прямо на черте. Пока у нас нет секса, я сохраняю сосредоточенность и объективность. Пока мы с ней не спим, я остаюсь профессионалом. Это неоспоримо.

Но при этом от мысли, что Тейлор получит удовольствие без моего участия, мне хочется разбить витрину с нижним бельем, массажерами и золочеными коробочками со средствами ароматерапии. Что она там подбирает? Смогу ли я отпустить ее домой с покупкой?

Ни за что на свете!

«Проклятье!» – бормочу я, готовясь ринуться на другую сторону проулка.

Но она меня опережает: выходит из магазинчика с прижатым к груди фиолетовым пакетом. Я инстинктивно озираю окрестности на предмет потенциальной угрозы.