Предполагался ведь хэппи-энд: парень спасает девушку, поцелуй, парочка удаляется в закат. По этому сюжету девушке не положено говорить: «Нет, благодарю, мне и так хорошо».

Так не бывает!

– Мне на роду было написано очутиться здесь. На роду было написано повстречать тебя. Дорога вела меня сюда. К тебе. Понимаешь?

Все, договорился. Последняя стена рухнула. Я выдал себя с головой.

– Ты заставила меня вспомнить, что я люблю Бостон. Напомнила, что такое чувство отчего дома. Заставила позвонить брату. С тобой я вспомнил, что такое любовь. Это все твоя заслуга. Я больше от тебя не уйду. Мы будем воевать, пока не встретимся на ничейной земле, Тейлор, вот и все. Тебе от меня не отделаться. Я повезу тебя знакомиться с моей семьей. Я на все готов, понятно? – Я сжимаю ладонями ее лицо. – Умоляю, позволь мне дать тебе все!

Все вокруг навострили уши. Кучка полицейских и детективов ловит каждое мое слово. Уверен, Курт – и тот проникся, не говоря о мэре, слушающей меня на другом конце телефонной линии. Но мне нет до всех них никакого дела. Я занят хирургической операцией на собственном открытом сердце, только вот у женщины, без которой мне не жить, все равно остаются сомнения.

– Вижу, мысленно ты двинулась дальше. – До чего же мне тяжко выговорить это вслух! – Ты меня списала. Ладно, просто скажи, что ты ко мне неравнодушна, и я впишусь обратно. Всю задницу себе отшибу, но своего добьюсь.

– Конечно, я к тебе неравнодушна, – шепчет она."

"Наша аудитория дружно издает вздох облегчения.

Но с моим выдохом это не идет ни в какое сравнение. Так выныривают на поверхность океана, достигнув самого дна.

– Слава богу! – бормочу я и тянусь к ней, чтобы поцеловать. Но ее взгляд все еще затуманен. Ей мало просто слов. Все то время, что мы знакомы, я твердил ей, что не желаю ни к чему и ни к кому привязываться. Теперь ее убедят только дела.

Сказано – сделано.

Я больше не намерен отступать – и у нее еще долго не будет причин во мне усомниться.

Глава 24

Тейлор

– Что он делает? – спрашиваю я, выглядывая из окна арендованного дома.

Мы собрали вещи, вынесли их к двери и готовы к отъезду.

Мы уже собирались грузить свой скарб в багажник моей машины, когда я заметила на другой стороне улицы Майлза верхом на мотоцикле. Судя по виду, он ждет, положив на колени шлем и сложив руки на широкой груди. За спиной у него громоздится большая сумка.

Что он задумал? Приехал проститься?

Я не собираюсь ловить его на обещаниях, которые он надавал вчера вечером. Он был весь на адреналине, воодушевленный только что пережитым страхом. Чувствовал себя моим защитником, потому что мне только что грозила смертельная опасность. Теперь, когда снова взошло солнце, он, уверена, вспомнил о своей натуре охотника за головами.