Поэтому я слегка сбрасываю скорость, но член остается глубоко в недрах, я опускаю ладонь вниз, чтобы найти ее клитор. Она лепечет мое имя, мы оба следим за моим большим пальцем, ласкающим ее бугорок. Ее грудная клетка вздымается все быстрее, пальцы ее правой руки рвут волосы у меня на груди, заставляя меня стонать.

– Давай, царапай меня, детка! Отделай меня!

Ее ногти впиваются в мои плечи, я уже не могу медлить и трахаю ее на раковине, упрямо дразня пальцем набухший бутон, пока она не сотрясается в конвульсии и не впивается в меня мокрым поцелуем. Мой член так стиснут, что в ушах начинается звон, руки действуют сами по себе, прижимая ее ко мне, ей приходится еще шире раздвинуть ноги, и мне передается малейший ее толчок.

Эта женщина – оживший дурман, ей нет равных. А мне нет удержу."

"– Еще! – рычу я и приподнимаю ее над раковиной, не зная, к чему это приведет. Одно мне понятно: мы остаемся в ванной, в нашем собственном уютном мирке, где никогда не наступит завтра. Не отрываясь от ее рта, я несу ее, легко ступая по мраморному полу. Она у меня будет летать. Во мне бурлят клятвы, мне обязательно нужно их произнести.

Член стал гранитным, от одного этого впору рехнуться. Я еще не отдал ей себя целиком – недосмотр, который надо немедленно исправить. Целиком! Не об этом ли она меня умоляла?

Я поворачиваю ее лицом к стеклянной душевой кабине.

– Теперь так.

Не знаю, понимает ли она, что ее ждет, или чисто инстинктивно упирается для равновесия ладонями в стекло. Это то, что нужно. Мы достигли такой синхронности, что мне кажется, что это сон. Но нет, она подставляет ягодицы так, чтобы мне было удобнее, и я ввинчиваюсь в нее, наслаждаясь волшебным ощущением.

Нет ничего реальнее, чем она. Чем мы.

С безумно колотящимся сердцем, задыхаясь, я ставлю Тейлор на цыпочки. Надо бы заглушить ее крик, но я этого не делаю – не хочу. Сейчас для меня важно только ее истекающее влагой влагалище, ее скользящие вниз по стеклу ладони, круговые движения ее ягодиц. Это смахивает на танец у меня на коленях, но на что смахивает вопль, который издаю я, задрав голову к потолку?

– Ты хочешь, чтоб я рехнулся?

– Да! – Мышцы у основания ее спины сокращаются, таз выделывает пируэты, по спине течет вода.

Красота. Великолепно. Само совершенство.

– Я бы уже десять раз до края заполнил эту резинку, Тейлор, просто не хочу останавливаться. – Я наматываю ее волосы себе на кулак, впиваюсь зубами в основание шеи, но так, чтобы не укусить, потом хватаю ртом ее ухо, и от всего этого вся она волшебно пульсирует вокруг моего члена. Моя грубость – предел ее мечтаний. Ну так получи, что хотела! Я налегаю на нее, удерживая на цыпочках, заставляя прижиматься к стеклу щекой, и так долблю, что у нее клацают зубы.