Внутри все звенело. Парни редко меня касались, папа строго следил за этим, а такие взрослые мужчины как Камиль и подавно не дотронулись бы никогда.

Он двигался красиво и легко, я просто не могла насмотреться на нас в зеркала спортивного зала. Старалась подхватывать, не отставать и не наступить тренеру на ногу, а то точно медведем окрестит…

Мне кажется, я вспомнила как дышать, только когда тренер меня отпустил. Несколько секунд он будто изучал моё лицо и реакцию, а потом сказал:

— Неплохо справилась. И теплее одевайся. Кажется, ты замерзла — руки ледяные, дрожишь вся.

Он выпустил мою ладонь и отошёл на своё место, вернув ко мне Дениса. Мне стало зябко, невольно кисти собрались в кулаки. Что со мной? Действительно, руки ледяные. Вот почему ладони тренера казались такими горячими…

— А теперь тоже самое, но сами. Запомнили? — спросил Камиль.

— Нет, — недружным хором ответили мы.

— Начало только запомнила, — добавила я негромко.

Тренер бросил внимательный взгляд на меня.

— Я не удивлён. Покажите хотя бы начало.

* * *Вышла из душа и столкнулась в раздевалке с Заморёновой.

— О, вы уже закончили? — спросила ее, вытирая полотенцем волосы.

— Ну да, только что. А ты уже в душ успела сбегать? — удивилась она.

— Десять минут назад как. Камиль сказал, что сегодня бессмысленно тратить весь час на таких бестолочей как мы.

— Прямо так и сказал? Что вы бестолочи?

— Ну нет, — взяла я в руки фен. — Но посыл был такой.

— Поэтому он вас держит в спорт-зале?

— И еще будет держать. Следующая тренировка тоже у зеркал… Он решил поменять танец.

— Как это? — выпучила на меня глаза Настя и осталась в футболке, висящей на шее. — Совсем поменять?

— Совсем.

Настя присвистнула.

— «Совсем» он тогда уже, — постучала по голове Заморёнова. — Вы ведь не успеете!

— Ему это, видимо, неважно, — вздохнула я. — От номера Ираиды он отказался. Даже посмотреть не захотел.

— И что вы будете делать?

— Учить, — пожала я плечами.

Включила фен. Настя вздохнула и тоже отправилась в душ. Что про это говорить, если тренер уже всё решил? Только душу себе травить. Подождала, пока соберется подруга, и мы вместе вышли из комплекса. Тему удалось сменить, хотя в последнее время Заморёнова будто забыла обо всём вокруг, кроме Камиля.

— А наш тренер кудряво живет, — присвистнула она."

"Я нахмурилась. Опять она о нём, сколько можно уже? Проследила за её взглядом. Валиев, под восхищенные взгляды девчонок, садился в чёрное спортивное авто. Таких в нашем городе больше точно нет. Гладкая, красивая и явно мощная машина послушно сорвалась с парковки. Сколько же может стоить такая?

— У тренеров настолько большая зарплата, что могут позволит себе такие тачки? — изогнула бровь Заморёнова.

— Ты забыла, что он был звездой? — напомнила я ей.