Я влюбляюсь в образ человека, даже не удосужившись как следует его узнать, а после настолько искусно нахожу оправдания его плохим поступкам, что буквально диву даюсь.

Но с Алексом я почувствовала себя собой. Не пыталась притворяться кем-то иным. Полагаю, когда мы ушли из клуба, я была максимально честной. Между нами возникло взаимопонимание. Я уже не хотела ничего утаивать, а он будто и не нуждался в подробных объяснениях о моем печальном разрыве и жизненном хаосе.

Меня даже не волновало, что Алекс обо мне подумает. Я была собой.

Конечно, было бы проще отмахнуться от Алекса как от невнимательного наглеца и эгоиста, коим его выставляет Иден. Но вряд ли он и впрямь плохой парень. Может, чуть безрассудный и незрелый, но вовсе не монстр, каким его изображают начальница и СМИ.

После того как Алекс обнаружил, что я несчастна и прячусь в углу, он не бросил меня, ни разу не приставал и не осуждал за мое унылое настроение. И реально помог мне найти жилье, хотя в том не было необходимости. Зато теперь я очутилась в чудесном доме, где могу провести лето.

А еще… случился поцелуй.

«Думаю, скоро увидимся».

Воспоминание о словах Алекса посылает волну возбуждения от затылка и вниз по позвоночнику. Это не было обещанием, но я по-настоящему надеюсь увидеться с Алексом Брауном.

Мы здесь, в уединенном коттедже. И это продлится несколько дней подряд? У меня бабочки порхают в животе, пульсирующая волна спускается все ниже и ниже…

Опускаю руки в ведро с мыльной водой и ополаскиваю щетку. Честно говоря, накопившаяся тревога пошла мне на пользу. Камин выглядит гораздо лучше, и это заняло вдвое меньше времени, чем я предполагала.

Я обдумываю, за какую задачу взяться сейчас, но внезапно снаружи раздается автомобильный клаксон и хруст шин по рыхлому гравию.

И я чуть не выпрыгиваю из кожи.

О черт.

Выглядываю из окна. Алекс прикатил сюда на блестящей черной «Тесле» и паркуется рядом с моим «Ниссаном» по прозвищу Рут.

Алекс выходит из машины, открывает заднюю дверцу, достает с сиденья спортивную сумку и коробку с продуктами. Когда мужчина поправляет ремень сумки, синяя футболка задирается, обнажая полоску великолепной загорелой кожи и потрясающие косые мышцы живота, которые, по слухам, запрещены в большинстве штатов.

Хорошо, что мы в Канаде!

Алекс машет, заметив меня, и одаривает дьявольской улыбкой.

Боже милостивый. Значит, я залипла у окна и пускаю слюни?

По пути на улицу пытаюсь собрать остатки девичьего достоинства.

– Привет! – здороваюсь я, на мгновение отвлекаясь от широких мужских плеч, и одновременно распахиваю входную дверь. Но спустя секунду смотрю на свою покрытую сажей руку и съеживаюсь.

Алекс выглядит адово горячо. Ну а я – как раз так, будто только что сбежала из преисподней.