Жаль, но жаропонижающего у меня нет. Оно давным-давно закончилось, когда наша колония переживала первую эпидемию местного вируса. Очень сильно смущала тупая, пульсирующая боль в ноге. И судя по всему, жар у меня именно от этого.

Бинты на ощупь оказались влажными, чего я как раз и боялся. После дождя я давно обсох, а значит, течёт именно из раны. Сняв повязку, я убедился в этом окончательно: она вся была жёлтого цвета. Похоже, антибиотик справлялся плохо. Да оно и неудивительно. Мне бы покоя пару дней, да где же его взять. Может, когда доберусь до лагеря учёных, смогу хоть немного передохнуть.

Но такими темпами скоблить мне до него ещё очень долго.

Опыт обработки раны в темноте у меня уже имелся, а потому справился я относительно быстро. Последнюю дозу обезболивающего отложил на потом. Организм уже более-менее привык, и боль не ощущалась так остро, как в самом начале. Но рана выглядела очень плохо. Края начало выворачивать, вокруг всё опухло и покраснело. По-хорошему бы швы снять и как следует всё промыть, но силы очень быстро меня покидали. Вряд ли успею забинтовать."

"Вылив на рану ещё немного зелёнки, я дождался, когда пройдёт жжение, и, набрав в шприц двойную дозу антибиотика, снова обколол всё по кругу.

Затем устало отвалился, перевёл дух и принялся заматывать. С перевязкой тоже дела обстояли плохо. В аптечке осталась последняя упаковка, и если дело не пойдёт на лад, вскоре придётся использовать грязные бинты, чего мне совсем не хотелось. К слову, руки чувствовали себя куда как лучше, несмотря на то, что я постоянно их беспокоил.

Покончив с раной, я свернулся калачиком, чтобы хоть как-то согреться. Щенок словно специально не спешил ко мне приближаться.

Так я и провалялся в полубреду до самого утра.

Не знаю, что в итоге сработало: увеличенная доза лекарства или скрытые резервы организма, но под утро я был весь мокрый от пота. Зато мозги слегка прояснились, а вот слабость в теле усилилась.

Осушив примерно половину фляжки, я снова запустил испаритель, чтобы она набралась. Немного полежал, собираясь с силами, и, кряхтя как старик, поднялся на ноги. Пульсация в ноге ушла, да и бинт был сухим, хоть и покрылся коркой. Видимо, за улучшение самочувствия следует поблагодарить антибиотик.

Щенок, свернувшись калачиком, дрых неподалёку и никак не реагировал на мой шорох.

Вначале я хотел ткнуть в него костылём, но затем решил, что лучше не трогать. Пусть спит, а я пока проверю ловушки. Глядишь, скоро мы сможем как следует набить живот, а там, получив достаточно энергии, и организм начнёт увереннее бороться с заразой.

Единственное, что меня смущало, так это место привала. Нам несказанно повезло, что ночью нас не посетил какой-нибудь хищник. Хотя не исключено, что это волчонок отпугивает нежелательных гостей своим запахом.