Как только со всем было покончено, я поднял оба дрона на самую макушку дерева, чтобы они пополнили заряд от солнечной энергии, и провалился во тьму.

* * *Проснулся оттого, что желудок требовал забросить в него хоть какое-нибудь подобие топлива. Жрать хотелось просто невыносимо. Солнце уже вовсю палило, и, судя по положению тени, сейчас практически обед. Вот это я, конечно, дал маху.

Дёрнувшись, я вспомнил, что привязан к ветке, но с этим справился быстро. Спуститься тоже было легко: я попросту спрыгнул, благо высота позволяла. Это подняться по необъятному стволу не так-то просто.

Рюкзаки пока трогать не стал. Вначале набрал дров и очистил от сухой листвы место, чтобы ненароком не устроить пожар. Здесь нет служб, способных его потушить, так что в случае возгорания есть риск уничтожить всё живое в радиусе сотен километров вокруг. Так что лучше не рисковать.

Как только всё было готово, я спустил рюкзаки и выудил из бокового кармана плазменную зажигалку. Вещь незаменимая, так как способна воспламенить даже насквозь промокшее топливо. Электрическая дуга подожгла сухие дрова, едва их коснулась. И вскоре, удобно устроившись у очага, я уже натирал солью медвежье мясо. Спасибо за это земной разведке."

"Они умудрились рассчитать идеальное место посадки: прямо на берегу солёного озера. Правда, за водой нам некоторое время приходилось побегать до водопада. Но сейчас задняя часть лагеря как раз примыкала к скале, с которой и спускался бесконечный поток пресной воды. К слову, не помешало бы пополнить её запас.

Однако в расположении нашего лагеря имелся и минус. Река, в которую впоследствии превращался поток горного источника, была совершенно безжизненна, как и озеро. Скорее всего, из-за огромного содержания соли. Мы отправляли людей вниз по течению в надежде, что там водится хоть какая рыба. Но увы, кроме покрытых водорослями камней и ядовитых ящериц с лягушками так ничего и не нашли. Другой ближайший к нам водоём находился в шестидесяти километрах, а это как минимум три дня пути в один конец. В итоге мы так и забили на рыбу, занявшись ирригацией и земледелием. А потребность в животном белке нам до недавнего времени закрывала охота.

Мысли о еде вновь заставили желудок урчать, и я плюнул на все правила приготовления пищи. Нарезал мясо тонкими ломтиками и, насадив их на прутик, сунул прямо в открытый огонь. И плевать, что оно подгорит и не прожарится как следует.

Первую порцию я проглотил, даже не чувствуя вкуса, и, не задумываясь, повторил процедуру. Зверей я не боялся. Они ещё не привыкли к тому, что запах дыма может быть безопасным, а потому никогда не приближались к источнику огня. Другой вопрос — почему я не догадался развести костёр ночью? Видимо, от усталости совсем мозги замкнуло.