Сашка, откинувшись спиной маме на грудь, мирно посапывает под слоем ароматной и пушистой пены.

— Уснул?

— Тссс... Только что, — вскидывает на меня ласковый взгляд, от которого пробирает мурашками всё тело. — Возьми полотенце, — шепчет Ася. — Обверни и отнеси его в кровать. Нужно было как-то остудить.

— Ты всё правильно сделала. Ему не хватало контакта, вот и уснул в уютных, маминых объятиях.

Придерживая Сашку, помогаю Асе подняться на ноги, принимаю его на руки, следя за тем, с какой лёгкостью она управляется с ребёнком, заботливо укутывая его в пушистый хлопок. В этот момент горечь касается моего горла и обжигает его. Сглатываю внезапно возникший болезненный ком, пытаясь не выдать свои скорбные эмоции. Сашка, наконец-то, смог завладеть её вниманием, вытеснил из головы печаль, заставил по-другому реагировать на жизнь.

— Я принёс лекарства и сладости, кое-что прихватил лично для тебя, — не отпускаю её задумчивый взгляд, в котором загорается любопытство. — Сейчас уложу его в постель и вернусь. Дождись меня здесь, я принесу чистую одежду.

Ася нерешительно глядит на меня, прикусывая губу и вынуждая моё сердце замереть от излучаемого ею магнетизма.

— Что? — округляю глаза, чуть приподнимая уголки губ в искренней дежурной улыбке. — Предпочитаешь шлепать босиком по холодному полу в этой прилипшей мокрой футболке? Я принесу банный халат. Пора тебя накормить ужином.

Ася.

Добавив в ванную горячей воды, прикрываю глаза и расслабляюсь, вдыхая мягкий и горьковато-сладкий ореховый запах. Отпускаю тяжёлые мысли, стараюсь не думать ни о чём, погружаясь в облачко витающего пара с ароматом миндаля и мёда на дразнящем фоне сладких апельсинов и, кажется, ещё присутствуют нотки ванили, лаванды и... сандала? Не важно, пахнет настолько чудесно, что я почти улетаю в какой-то другой мир, чувствуя в себе порхающую робкую свободу. Может быть потому, что в этих апартаментах мы с Димой находимся совершенно одни, не считая ребёнка. Как же мне не доставало его абсолютного внимания. Я соскучилась по тишине, соскучилась по небольшому и уютному пространству. Квартиру Дмитрия маленькой не назовёшь, но всё-таки она намного меньше частного дома, намного комфортабельнее для нас троих.

— Настюш... Сашка спит. Лоб прохладный. На данный момент беспокоиться не о чем, — неожиданно раздаётся вкрадчивый, проникновенный голос любимого мужчины. Его пальцы едва касаются моего виска, скользят вниз до подбородка, очерчивая линию лица. Сейчас мне не хочется откликаться, вместо слов с моих губ срывается легкий, едва заметный стон облегчения то ли удовольствия.

— Ммм... — доверчиво склоняю голову на бок, опускаясь щекой на шершавую ладонь, трусь о его руку, словно прирученная домашняя кошка, в предвкушении растягивая довольную улыбку.