Практически то же самое, что ты сказала. Будешь делать то, что я скажу, без каких-либо споров. Только это от тебя и требуется.

Я хочу его ударить. Так отчаянно, что аж сжимаются кулаки и стискиваются губы в одну тонкую линию.

В его лице — ни капли эмоций, кроме этого бесконечного взгляда «сверху вниз». Об холодный бесстрастный лед его глаз можно и в лепешку разбиться. Боже, как же это бесит…

— И каковы же будут ваши дальнейшие указания, мой господин? — ядовито и сквозь зубы цежу я. — Установите вашей новой наложнице рабочее расписание?

Короткий смешок в ответ меня абсолютно не устраивает.

— Невеста — не наложница, Маргаритка, — снисходительно бросает мой босс, — хотя если тебе так хочется — мы включим в твои обязанности и эти.

Он умеет поставить меня в тупик. Только-только я решила, что все поняла, и что таким вот идиотским способом мой босс решил нарваться на обвинение в харрасменте, как тут же звучит «если тебе хочется», «твои обязанности»…

Да о чем он вообще тут ведет свои речи? Если это не домогательство, то что?

В отличие от меня, Ветров легко считывает мое смятение, криво ухмыляется, снова прихватывает меня за локоть и ведет вперед. В столовую — в большую, светлую комнату, с овальным столом, застеленным белоснежной скатертью и уже сервированным. Под прозрачными крышками что-то аппетитно дымится, но я не приглядываюсь — ощущаю тошноту при одной только мысли о еде. Здесь, кажется, теплится жизнь, хоть и едва-едва, благодаря букету свежих тюльпанов в вазе, приютившейся между тарелок, но все-таки!

Только здесь мой босс разжимает пальцы, которыми сжимал мое запястье — будто оставил пять ожогов на коже.

— Присаживайся, Цветочек, не скромничай, — бросает Ветров через плечо, — что предпочитаешь сделать сначала? Позавтракать? Поговорить о делах?

— О делах, — мой выбор его не удивляет. Если честно, сейчас у меня кусок в горло б не полез.

Блин, почему я сама отвечаю так, будто уже вступила с ним в переговоры?

Ветров, меж тем, обходит стол и поднимает черную папку с какими-то документами, спрятавшуюся за вазой, опускает её на один край стола, сам садится за другой.

Видимо, это мне…

— Что это? — нерешительно касаюсь оставленных мне бумаг.

— Брачный контракт, — бесстрастно откликается Владислав Каримович, поднимая крышку и с большей охотой уделяя внимание своему завтраку, нежели мне. — Ты должна подписать его сегодня. Свадьба состоится через неделю. Можешь приступать к изучению условий.

Объяснил так объяснил! Хоть аплодируй!

Какая еще свадьба? Какой брачный контракт? Я ведь просто работаю на него! Пока еще работаю…

Боже, как мне будет не хватать… той зарплаты, что он мне платит.

— Владислав Каримович, — я отодвигаю папку чуть в сторону, — я не выйду за вас замуж.