И ни для кого больше.

Я быстренько меняю платье, и вокруг меня начинается полноценная кутерьма. Пухленькая девушка успевает рассыпать по моему туалетному столику десяток кистей, и совершенно бесконечное количество тюбиков и коробочек. Парню пришлось довольствоваться кроватью для всей его тысячи щеток для волос и средств для укладки…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Нет, это просто что-то с чем-то, — ворчит девушка, — полчаса! На работу! Нам!

— Не ворчи, Аль, девочка-то у нас просто сказочная, — насмешливо фыркает парень, виртуозно накручивая прядь моих волос на широкую щетку, — ты вспомни, каково на неделе моды.

Сколько раз за час там нужно сменить мейк, укладку… Тут целых полчаса. Считай, на расслабоне работаешь.

— Ветров вас где-то похитил? — осмеливаюсь задать вопрос. Визажистка переглядывается с коллегой и ухмыляется.

— Нет. Просто ввалился полчаса назад в наш салон и потребовал «парикмахера» и «визажиста» собираться на выездное задание за тройную плату.

М-да, это все очень в духе Ветрова…

— Кто же спорит, если мужчина так хочет распрощаться со своими деньгами, — хихикает Аля.

— Ради такого случая я даже готов потерпеть, что он назвал меня каким-то парикмахером, — суфлерским шепотом комментирует парень.

Его пальцы в моих волосах творят что-то совершенно невообразимое. Никогда не видела таких ловких рук, которые так быстро способны наколдовать на голове сложную косу с мелкими приплетами.

— Ох, эти волосы, эти волосы… — мурлычет этот колдун, — детка, бросай мужа, иди к нам в модели, мы тебя раскрутим, будешь звезда-а-а.

— Брось мужа, Дэн? Что это за вредные советы? — подтрунивает Аля, попутно сдавая мне имечко своего коллеги.

 — Этот тип ведь не в твоем вкусе!

— Как знать, как знать… — посмеивается Дэн, — иные мужики таковы, что вкусы сами под них подстраиваются.

Господи, какие же они…

Экзальтированные, эксцентричные, на своей волне…

— У вас вышло время, — мрачно покашливают от двери, и я с трудом не дергаюсь в ту сторону.

— А мы уже и закончили, — стилист и визажист отскакивают от меня, будто за прикосновение ко мне полагается расстрел.

Я смотрю на себя в зеркало и не могу поверить.

В легкой дымке пудры скрылись даже намеки на следы побоев. На веках смешано с десяток оттенков теней, не меньше, но именно из-за них глаза кажутся глубже и больше. И сама я вдруг превратилась в какую-то изысканную леди, слегка эфемерную, но завораживающую. Я боюсь поворачиваться к Ветрову лицом, боюсь, что от любого движения мой мираж рассыплется и он увидит, что это не я, только подделка под стоящую женщину.

А потом я сталкиваюсь с ним глазами в зеркальной глади.