Глаза красные, волосы взъерошены, брови сведены на переносице.

От такого напора я даже немного опешила. Никак не ожидала, что босс будет ждать моего прихода и тем более отчитывать, как какую-то школьницу.

— Звук был выключен, не слышала. Что-то случилось срочное? — спокойно ответила я. Я же не должна оправдываться перед ним и отчитываться о каждом шаге.

— Да нет, что ты. — Иронично ответил Гордеев. — Просто время утро, я звонил тебе сто раз, и ты ни разу не ответила и даже не сказала куда пойдешь. А если бы с тобой что-то случилось? — Марк всё больше распалялся.

Я поняла, что он просто волновался за меня, но такой напор пугал и сбивал с толку.

— Всё в порядке, я уже вернулась. Тем более, что со мной могло случиться? Я же была не одна в этом клубе.

— Ты была в клубе в компании малознакомых людей. И если ты не забыла, то тебе угрожает твой бывший и мы не знаем, что он еще способен выкинуть.

Марк не собирался успокаиваться, и видимо за время моего отсутствия успел накрутиться себя до предела. Внезапно в голове возник действенный, но смелый способ, который может помочь угомонить разбушевавшегося босса.

Пока Марк продолжал свою тираду, я подошла к нему и порывисто прижалась к горячим губам. В первые секунды босс остолбенел и никак не реагировал, но придя в себя, с жаром ответил на мой поцелуй. И с этого момента в моей голове не осталось совершенно никаких мыслей, существуют только его касания- мягкие, но уверенные, его руки таки большие, теплые и немного шершавые. Я плавлюсь под ними как мороженое на солнце. Оторвавшись от моих губ, он скользит ими вниз по шее, ключицам. Я ахаю от его напора и переполняющих меня ощущений. Я выгибаюсь навстречу его губам, его прикосновениям, чтобы ощутить их на каждом сантиметре своего тела.

Потерявшись в ощущениях, я совершенно не успеваю заметить, как мы оказываемся на крови в комнате босса. Торопливыми и дерганными движениями я стараюсь стянуть с мужчины рубашку. Когда наконец мне это удается, я завороженно провожу руками по гладкому накачанному торсу,

— Ты великолепен, — С придыханием вырывается у меня.

— Ты мне льстишь, но глядя в твои глаза, я готов в это верить.

Мы вновь сливаемся в поцелуе, уже более медленном, тягучем как патока.

Марк стягивает с меня платье и прохладный ветерок на оголенной груди вызывает желание прикрыться, но Марк не дает мне это сделать, и вот его губы уже на моих затвердевших сосках. Из груди вырывается вздох удовольствия. Мужчина не останавливается на сосках, а прокладывает дорожку легких поцелуе по вздрагивающему животу, опускаясь все ниже. Когда его руки легли на мои бедра послышался звук рвущейся ткани, н сейчас меня это совершенно не волновала. Язык мужчины оказался у меня на самой чувствительно точке.