Мне так нравится. Он вернулся минут через двадцать, когда я начала немного дремать от переизбытка эмоций. Прохладное мужское тело внаглую прижало меня к себе и, поцеловав в макушку, удобно устроилось.

— Ты прохладный, — прошептала сонным голосом.

— Ты мёрзнешь? — его голос был слегка обеспокоенным.

— Нет, просто не думала, что ты любишь такую температуру, — хриплым то ли ото сна, то ли от предвкушения проговорила ему.

— Спи, я скоро согреюсь. Пару минут и буду вместо одеяла.

Глава 8

— И что, вот прямо совсем ничего не было? — не веря продолжала подруга, смотря глазами, как блюдца, с застывшей чашкой в руках.

Хорошо, что мама сейчас в школу срочно ушла. Какое-то неотложное собрание по поводу ремонта, который они уже года четыре точно выпрашивают у администрации. И вот их молитвы услышаны. Но! Как всегда, денег не хватает и надо определиться, какие классы в первую очередь надо отремонтировать, кому хватит только стендов и наглядного материала и так далее. Ничего не скажу, действительно важный вопрос. А мне и лучше, когда вернулась домой после обеда с шальной улыбкой. И неважно, что они совещаются уже очень долго.

Время шесть вечера, а её ещё нет.

— Совсем, — пряча глупую улыбку за чашкой. — Он очень хороший и порядочный.

— Ой ли? Ну-ка давай все по порядку. Что я выуживаю из тебя по слову всю информацию.

— Ну что тебе рассказывать еще? Все уже рассказала! — пыталась отбиться от нее. Все остальное уже чересчур личное.

От одного воспоминания нашего утра щеки снова стали румяными. А все он. Я никогда раньше так долго не спала. В итоге разбудил меня именно он. Этот нехороший человек нагло задрал футболку до талии и начал едва ощутимо порхать кончиками пальцев по ногам и небольшому кусочку живота.

Эта легкая щекотка заставила меня сонно заворочаться и начать устранять источник раздражения.

За это мои руки оказались в его и заведены над головой. Я лежала на спине в весьма провокационной позе и боялась открывать глаза. Вдруг этот парень — иллюзия — и я сейчас нахожусь в затяжном сне? Иначе как объяснить, что за двадцать два года моей жизни в ней был полный штиль. А тут, чуть больше чем за две недели все так кардинально изменилось! Да и как я могла сама на такое пойти по сути с первым встречным… Пока я путалась в вихре собственных мыслей, он навис надо мной и, явно усмехнувшись такому поведению, начал нежно целовать лицо, шею, ключицы… Потом нежно прошелся кончиком носа от скулы до уха и нежно прикусил мочку.

— Если ты сейчас не откроешь свои глазки, я продолжу куда более откровенные ласки и не факт, что потом смогу остановиться, даже если ты об этом попросишь, — хриплым не то ото сна, ни то ещё чего-то прошептал он. А я только отрицательно помотала головой, стараясь выбраться из его хватки. Да и из-под него тоже.