Моя рубашка… Что же, выглядела Милана в ней и своей соломенной шляпке весьма оригинально, но жаловаться даже не думала. Напротив, завернулась, словно в тёплый надёжный кокон, и уткнулась в ворот. Не знаю почему, но именно этот момент окончательно подвёл для меня грань, отсёк прошлое и любое возможное будущее без неё. Внезапно мне захотелось найти точку опоры и перевернуть для этой маленькой женщины весь мир. Весь свой собственный чёртов мир с его устоями и правилами.

— Пойдём в машину, — взяв её за локоть, сказал я как-то сипло, сам не зная от чего.

Мила подняла на меня взгляд, встала на носочки и, прильнув, потёрлась носом где-то в районе ключиц.

— Домой хочу, — призналась она, зевая.

— Скоро приедем, — пообещал я. Поцеловал её в нос и подтолкнул к машине. Поначалу хотел усадить на переднее сиденье рядом с собой, но передумал и указал на заднее. — Тут тебе будет удобнее. Сможешь подремать."

"Она капризно скривила личико. Вздохнула, но ничего не сказала и устроилась сзади. Я достал из багажника одеяло и протянул ей. Пальцы наши соприкоснулись, когда она потянулась за ним, и на миг мы оба замерли. Да, всё изменилось… Изменилось настолько, что скрывать этого больше не было смысла. Я взял Милану за руку и сплёл наши пальцы. Кольца мягко блеснули, и мы не сговариваясь обратили внимание на этот блеск, а после посмотрели друг другу в глаза. С губ Милы слетел тихий судорожный выдох, я же погладил её по щеке.

— Поспи. Около часа у тебя есть, — посоветовал я прежде, чем закрыть дверцу.

Сам обошёл машину и уселся на место пассажира спереди. Артур уже убрал наши чемоданы и устроился за рулём.

— Ты отдал распоряжение по поводу охраны? — первым делом спросил я.

— Да. — Он завёл двигатель. — Не волнуйтесь, Вандор Александрович. Всё сделано. Не беспокойтесь за Милану. Она — ваша жена. Никто не посмеет выказать ей своё неуважение или напомнить о чём-то неловком. Я лично всё перепроверю.

— Спасибо, Артур, — кивнул я. — Комфорт Милы для меня превыше всего. Донеси до каждого из своих ребят, что она — не просто девчонка, она — моя жена. Любое её слово для меня имеет большое значение. Любая её просьба, любая её жалоба.

— Не беспокойтесь, Вандор Александрович, — повторил Тур. — В конце концов, после последних событий я и сам планировал сделать кое-какие кадровые перестановки. Так что всё это только на пользу.

Дом встретил нас тишиной и угрюмым фейсом вышедшего навстречу нового управляющего. Почему-то первым делом я посмотрел на Милану. Закатив глаза, она качнула головой и прошла вперёд, ничего не ответив на сухое, дежурное приветствие. Я догнал её у лестницы и, взяв за руку, повёл вверх по ступеням. На миг она остановилась. Подняла на меня взгляд и улыбнулась уголками губ.