Он весь напряжен, ноги поджаты, трогаю его набухшего и горячего друга, нежно провожу пальчиками от купола до основания и обратно. Эрих взывает. Усмехаюсь и медленно тяну плаг, но до конца не вынимаю, останавливаюсь и резко ввожу обратно. Входит с трудом, чувствуется как там всё переполнено. Эрих взбрыкивает, словно через него пропустили электрический ток и сжимается. Оставляю его так, иду в ванну.

– Цыпленок, – кричит он мне вслед.

Ухмыляюсь, не отвечаю. В ванной мою своего малыша, увлажняю полотенце и возвращаюсь обратно. Тем временем Эрих ещё больше ужался и выгнулся.

– Цыпленочек… – уже жалобно просит Эрих.

Наклоняюсь, вытираю мокрым кончиком полотенца его попку, хватаю губами его друга – какой он пульсирующий, как приятно ощущать во рту его бьющеюся беспомощную плоть. Эрих глубоко вздыхает, дергается, звенят об кованную решетку его наручники.

Ладно, решаю я, хватит его мучать. Накрываю его полотенцем и вынимаю плаг. Сироп выплескивается плотным напором. Эрих шумно выдыхает, расслабляется. Дожимаю последние капельки и вытираю его друга, пах и живот. Откидываю полотенце, убираю плаг в коробку, а коробку на тумбочку. Ложусь рядом с Эрихом, обнимаю его.

– Расстегни меня, – говорит он.

– Неа, ты сегодня поспишь связанным, – решаю я и целую его в бок. – Вам понравилось?

– Да, – не сразу отвечает он.

– Хорошо, – усмехаюсь я и закидываю на него ногу, прижимаюсь к нему сильнее.

Он немного егозит, видимо подыскивает поудобнее положение и, в конце концов, замирает и засыпает. Прислушиваюсь к его мерному дыханию. Лежу, легонько трогаю его могучую грудь, никак не могу заснуть. Ещё и вдруг пить захотелось.

Встаю, нахожу свои трусики и натягиваю. Беру с собой плетку перед тем как спуститься вниз на кухню, на случай, если встречусь с Виктором или Олегом, чтобы была возможность отбиться.

Осторожно иду по лестнице и всё-таки вижу там свет. На цыпочках подхожу ближе. На кухне Виктор. Стоит ко мне задом, в ушах наушники, пританцовывает, крутит своей красивой округлой попкой, меня не слышит. Тихонько подбегаю к нему и с размаха сильно бью плеткой по его голым ягодицам. Он вскрикивает, роняет пластиковую миску, из неё высыпаются хлопья и разливается молоко. Он хватается за свой зад, ошарашенно оглядывается на меня, вынимая наушники. Я бью его ещё раз.

– Сука! – орет он и бросается на меня. – Ну, ты сейчас получишь.

Ржу и отскакиваю от него, несусь в гостиную, он за мной. Бегаем вокруг дивана. Наконец, ему надоедает.

– Иди сам ко мне, – предлагает он.

– Неа, – смеюсь я. – Ты меня трахнул, я тебе за это всёк. Всё по-честному."

"– Иди сюда по-хорошему, а то я тебя догоню и снова трахну, – угрожает Виктор.

– А попку свою погладить дадите?

– Ты хочешь погладить мою попку? – удивляется он.

– Ага, – киваю.