встало на свои места, — слабо улыбнулся он. — Признаться, это было неожиданно. Вы вновь меня удивили, — накрутил он мой локон на палец, с задумчивым видом. — Не уверен, приятно ли мне было такое удивление, но желания убивать не появилось.

Ой, только не говорите, что я попала в очевидное клише, когда заставила его почувствовать отблеск эмоций, и он принял меня за «ту самую»?!

Не было печали... Надо исправлять это недоразумение.

— Теперь вы знаете, что я просто работаю на Его Светлость. Какие у вас теперь планы? — решила я перейти сразу к делу, забрав свои волосы из чужой хватки. — Все еще хотите отомстить за мой побег?

— Я пока просто наблюдаю, — успокоил он меня. — Однако, теперь, когда я знаю, что не любовь к Ноксу заставила вас отказаться от замужества со мной, меня переполняет любопытство. Почему же вы были так категорично против этой свадьбы? Неужели жизнь со мной чудилась вам настолько ужасной, что работа на такого, как Нокс — стоила побега и потери всего?"

"Я задумалась и с сомнением посмотрела на Гейна. Он казался не таким пугающим, как в оригинале и при нашей первой встрече. Впрочем, если ему действительно любопытно, он не остановится просто так. В его жизни не так много эмоций, чтобы банально разбрасываться ими, потому пойдет до конца, пока не удовлетворит их.

А значит, все, что от меня требуется — просто утолить его любопытство. Однако, говорить правду, о том, что я попала в книгу, в которой по сюжету он меня убьет ради любовницы, может быть чревато и просто абсурдно. Значит... ограничимся полуправдой.

— Поверите мне, если я скажу, что у меня есть две цели в жизни? — начала я со вздохом. Взгляд Гейна наполнился заинтересованностью. — Первая — заработать много денег.

— У меня много денег, — заметил он. — Если бы вышли за меня замуж, все они были бы ваши.

— Вовсе нет‚ — покачала я головой. — Деньги, которые при разводе я не смогу получить — не являются моими. Потому моя цель именно в заработке собственных средств, а не замужних. Так уж вышло, что я люблю деньги, даже больше, чем людей, потому потеря их, даже потенциальная, меня очень заботила. Но, как вам известно, аристократки ограничены в своих действиях, а мои родители и вовсе рассматривали меня только как товар. Выйди я за вас замуж, перспектива собственного обогащения была бы для меня потеряна. Теперь вам известно, насколько я меркантильная личность. Разочарованы? — фыркнула я.

— Желание денег само по себе, не грех, — задумчиво пожал он плечами. — Куда порочнее было бы желание наживы как раз за счет других, а не собственных сил. Потому... я не могу назвать это разочарованием. А что со второй целью? — воодушевился Михаэль.