Будто и не было ничего вчера.

– Нет.

– А я голодный, – буркнул он. – Во всех смыслах. Поэтому, чтобы я не напал на тебя, мы заедем куда-нибудь и поедим. Возражения есть?

– Нет.

– Тебе идет эта рубашка, – усмехнулся мой водитель. – На это тоже ответишь «нет»?

– Нет. Не отвечу.

Я пока не поворачивался к нему. Позже поговорим. Не хватало еще, чтобы он свое плохое настроение выплеснул на меня.

Во всех смыслах.

– Я вчера украл твою майку, – сознался Виктор абсолютно серьезно. – Не отдам.

И на это я тоже промолчал. Не заметил, если честно. Был так зол, что погрузился в работу. И постарался забыть о нем.

– Со вчера постоянно думаю о том, кого бы еще спасти, чтобы ты мне еще раз так уступил.

– Да заткнись ты уже! – не удержался я. – Мне кажется, мы вчера все выяснили, – сказал уже тише. – Ты бы лучше о своей работе подумал, раз тебя намереваются уволить.

– Но ты же не дашь им это сделать? – мне почудилось или придурок знает что-то большее, чем я. – Или дашь?

Глава 13

– С кем ты переписываешься?

– Это тебя не касается.

Невыносимый парень! Мы только что отъехали от придорожного ресторана, где его телефон буквально взорвался от потока сообщений. И мне совсем не нравится, как он улыбается, читая их.

– Ты вроде бы должен со мной поговорить, – напомнил мальчишке, но он лишь отмахнулся:

– Позже, у нас еще как минимум четыре часа пути.

И опять уткнулся в свой телефон! Не-е-т, так не пойдет…

Я поймал момент и свернул с дороги. Довольно уже с меня. Притормозил у обочины, чтобы не мешать остальным.

– Кристоф, послушай, можешь достать мою сумку с заднего сиденья?

Мальчишка, не заподозрив подвоха, мгновенно отозвался и, отстегнувшись, действительно подтянулся к промежутку между нашими сиденьями. Но мне не нужна была никакая сумка. Ухватил его за грудки и поймал эти невероятные губы. Не могу… Больше ни секунды…

– Придурок, ты опять?! – зашипел на меня мой беглец. Однако я не собирался его отпускать. Я дал себе волю и навалился на Кристофа, прижав его к сиденью и полностью подчинив себе. Он не мог бы, при всем желании не смог бы вырваться из такой позиции… Я же, потерял рассудок, когда мой язык прорвался в его рот…

И тогда… Я почувствовал, что он больше не сопротивляется. Его язычок… маленький, нежный, очень горячий. Он… он только что отозвался, бог ты мой, Кристоф…

– Пожалуйста… коснись меня… – услышал свой жалкий хрип. Я не надеялся, что он сам сделает это, но все равно, стоило попытаться.

Я сам пошел в наступление! Меня целый день манил ворот его рубашки. Эта наглухо застегнутая верхняя пуговица. Так никто не делает, так делает только он, и ему это безумно идет. Я отстегнул ее, пока наслаждался поиском его языка.