Под разговоры мы с удовольствием поели. Как коллеги и почти… как друзья. Белов держал себя в руках и ни единым взглядом не выдавал то, что бы подтверждало его недавно сказанные мне слова. О невесте, о его чувствах и о слежке в Стокгольме.

– Отлично! – завершил он мою тираду, когда мы снова вышли на прохладную парковку. – Завтра же приступим к организации съемок.

– На это понадобится внушительный бюджет, согласится ли руководство в Москве, – засомневался я, открывая дверь в его машину.

– Это не твои проблемы. Я договорюсь, считай, мы уже начали снимать.

– Уверен? – я посчитал нужным уточнить, когда уже оказался в салоне и пристегнулся ремнем безопасности.

– Кристоф, – давая задний ход и выезжая с парковочного места, серьезно сказал мой сопровождающий, – я никогда не обещаю то, чего не могу сделать. Или не собираюсь. Тебе стоит начать привыкать доверять мне.

Я, не стесняясь, посмотрел на него. Здоровенный, уверенный, всегда серьезный. Он перестал творить глупости и… мне стало стыдно за свое поведение. За то, что обзывал его. Но он же… приставал ко мне.

Однако, сейчас… он выглядит как обычный человек. Классный парень. Надежный коллега.

– Если ты не слишком устал, – не посмотрев на меня, сказал Виктор, – мы сделаем круг по центру. Покажу тебе город, пока ты перевариваешь свой бутерброд.

– Спасибо, – услышал свой голос. А на самом деле, очень хотел сказать «извини».

Он лишь мельком взглянул на своего пассажира и снова вернул взгляд своих черных глаз на дорогу. На первом же светофоре, остановившись, скинул с себя кофту и бросил на заднее сиденье. Он остался в одной майке с коротким рукавом. И… я узнал татуировку на его руке.

Этот дракон…

Он… Если признаться честно… И только себе… Этот дракон не раз снился мне в течение последнего года. И… особенно часто… в последние дни.

Глава 8

Кристоф… Мой шведский беглец у меня в машине. Невероятный мальчишка. С трудом концентрируюсь на дороге. Год ожидания.

Невероятно…

До сих пор не верю, что он рядом. Его нога в сантиметрах от моей. Машина наполнилась его запахом. Принципиально не пользуется ничем, кроме обычного мыла. Но этого достаточно. Любой одеколон его только испортил бы.

Когда я вернулся из Стокгольма, вымученный глупой слежкой. А это было глупо. Понятно же, если парень сбежал от меня не в Москву, а даже к себе на родину. Понятно, как сильно его это задело.

Простой. Естественный. Меня постоянно тянет потрепать его густые светлые волосы, которые у него по жизни торчком стоят. И эта верхняя, немного припухлая губа. Смотреть на него спокойно не могу.

– Виктор, хотели тебе рассказать, как у нас круто дела в гору пошли, – несколько дней назад, когда я уже успокоился и реально намеревался постараться забыть своего беглеца, позвонил Игорь из Москвы.