Краем глаза отметила, что далеко не все двуликие подчинились приказу Альфы и кинулись добивать нашу троицу. Около двух десятков оборотней смирно сидели чуть поодаль, наблюдая за нашими действиями…

Первый кинулся неожиданно, снося меня с ног, отчего я больно ударилась спиной о выступ камня. Пока я приходила в себя, отбиваясь от вонючего тела двуликого, слуха коснулся болезненный крик Энекина. Со всей дури толкнув лапами блохастого, вскочила и метнулась к пепельному коту, который вгрызался в бедро брата Алерона. Кровь расплывалась лужей в разные стороны, отчего моя ярость перешла все допустимые пределы.

Грозно зарычав, я подскочила к любимому, скидывая с него двух двуликих, которые грызли его, медленно и неспешно убивая.

Мой рык сплелся с криком отчаяния. Я хотела убить их. Убить их всех! Это уроды, твари, которые сами выбрали такой путь. Они ноют об изгнании и о том, что им не дают спокойнойствия, но такая жизнь им нравится, раз вместо того, чтобы что-то улучшить в ней, оборотни упорно продолжают только все портить. Они привыкли убивать, мучить и калечить!

Неведомая сила окутала мое тело, выходя за его пределы. Я горела внутри. Словно что-то дало мне освобождение, и я наконец смогла проявить себя настоящую.

Ударяла передними лапами о землю, не давая подойти двуликим к Энекину и Алерону. Я чувствовала, что жизнь Энекина угасает, в то время как Алерон находился без сознания от болевого шока.

«Вы! — рычала я, гневно сверкая глазами. — Кучка уродов, которая недостойна жизни! Вы дьявольское отродье, привыкшее к крысиным уловкам и действующие исподтишка! — от каждого моего слова, двуликие отступали, прижимая уши к голове. Даже Альфа выпучил глаза, открывая широко рот от удивления. — Вы недостойны жизни! — я гневно шипела, распространяя вокруг все чувства, которые держала у себя внутри с того момента, как ступила на землю двуликих. Они нескончаемым потоком выходили из моего тела, оглушая и сводя с ума. — Я ненавижу вас и жалею всем сердцем, что родилась вам подобной…»

— Что вы ее слушаете?! — взвизгнул Альфа. — Убейте… Убейте ее…

Я не понимала, что происходит. Не понимала, отчего все притихли, боясь двинуться с места. Оборотни припали к земле, утыкаясь мордами в передние лапы.

— Тогда я сам! — рявкнул вожак, срываясь с места.

На меня понесся рыжий ураган, которого тут же сбили с ног. Не сразу поняла, кто встал на мою защиту, но когда ко мне двинулись те, кто до этого спокойно сидели на своих местах, не принимая участия в массовой драке, я облегченно выдохнула.

«Ты не тронешь ее! — рыкнул белый двуликий, становясь рядом со мной.