— Дети мои…, — вскинул руки священник, как только мы подошли ближе, — сегодня вы соедините свои судьбы воедино…

С каждым словом этого мужчины я все больше начинала нервничать. Правильно ли я поступаю? Ведь из-за меня может погибнуть любимый и все эти мужчины, которые верны ему до мозга костей. Я проявила свой эгоизм и наплевала на то, что Алерону предстоит пережить, когда до короля дойдет весть кто я такая, а ведь до него обязательно дойдет…

— … это самое ценное, что есть между влюбленными…

Священник продолжал свою речь, а я все никак не могла успокоиться, понимая, что если сейчас отвечу согласием, то точно подпишу главе черных мундиров смертный приговор.

— Согласен ли ты, сын мой, связать свою жизнь с этой девушкой? — голос священнослужителя прозвучал для меня словно раскат оглушительного грома в ясный день.

— Согласен, святой отец!

Я набрала полную грудь воздуха, борясь с собой.

— Согласна ли ты, дочь моя, связать свою жизнь с этим мужчиной?

Сердце колотилось в груди. Пантера предупреждающе зарычала, пытаясь убедить меня не совершать глупость.

— Халиса? — взволнованно произнес Алерон, заглядывая мне в глаза.

— Я не…, — ком встал в горле. Я видела дикое волнение во взгляде главы черных мундиров. Он сильно переживал, но и мне сейчас было не легче.

— Дитя? — спросил вновь священник после нескольких минут моего молчания. — Ты должна дать ответ, каким бы он ни был…

Меня потряхивало изнутри. Язык онемел, лишая возможности говорить. Ощущала себя идущей по тонкому лезвию, которое вскоре определит мою судьбу.

Алерон так и держал меня за руку, белея на глазах. Боль, горечь, отчаяние — все его эмоции сплелись в единый клубок, который рвал мое сердце на части.

— Халиса, прошу…, — взмолился глава черных мундиров.

«Я не могу так с ним поступить. Не могу! Я люблю его! Он моя жизнь!»

— Я согласна, святой отец, — произнесла на одном дыхании, замечая, как Алерон облегченно выдохнул.

Любимый счастливо улыбнулся и, не дожидаясь дальнейших слов от священника, припал к моим губам…

«Ну вот, Халиса, ты сама определила судьбу своего мужчины», — пролетела мысль у меня в голове.

Алерон

Честно? Я думал, что поседею. Стоя возле алтаря и держа за руку Халису, молился, чтобы это сумасшествие как можно скорее закончилось. Пауза, когда кареглазая затянула с ответом, чуть не вызвала у меня остановку сердца. Хотя, ответь она отказом, то оно и так бы перестало биться, разрываясь на части.

Пребывал на седьмом небе от счастья, целуя нежные губы и прижимая к себе податливое тело своей пары. Она дала свое согласие! Она только моя!

Священник деликатно кашлянул, когда поцелуй затянулся и перешел все рамки допустимого, так как моя рука спустилась чуть ниже талии Халисы, сжимая манящую ягодицу.