И почему-то очень не хотелось испытать новые для себя ощущения обморока именно сейчас — когда к ней приближался Моррис. С ним ведь всегда нужно быть начеку. От него ведь только и жди подвоха. Не хотелось отключиться и пустить всё на самотёк.

Но к этому и шло. В голове становилось всё мутнее и мутнее. При этом Яна ещё как-то умудрялась не кануть в темноту и даже пыталась понять, от чего ей плохо. Съела что-то не то? Вряд ли. Бонифас очень тщательно следит за свежестью и качеством продуктов. Переутомилась? В её возрасте никто от переутомления сознание не теряет. Заболела чем-то? Скорее всего.

Подхватила какой-нибудь страшный вирус. Тогда Моррису лучше держаться от неё подальше, а то тоже станет жертвой неизвестной опасной инфекции.

Яна даже попыталась ему об этом сказать. Но к удивлению обнаружила, что говорить не получается. Все оставшиеся силы ушли на невразумительный шёпот. Последнее, что она успела увидеть, перед тем как отключиться, — это стремительно подскочившего викинга…

Реальность поплыла…

А дальше чувство невесомости…

Каким неожиданно приятным оказалось полузабытье. Яна ощущала, что лежит на кровати в своей комнате, а рядом Моррис.

Она не видела его лица, а только ощущала прикосновения. Он расстегнул верхние пуговицы её блузы, отогнул края воротника, высвобождая шею. И в Яне даже не вскипело возмущение. Так ей было легче дышать. Но Моррис на этом не остановился. Его ладони вдруг принялись скользить по её телу. Они касались даже тех мест, к которым не имели никакого права прикасаться. Они были ласковыми, но при этом очень настойчивыми и торопливыми. Что он делает?! Дыхание перехватывало каждый раз, когда он проводил рукой по чувствительному месту, а тут и так дышать тяжело.

Кажется, он что-то говорил, о чём-то спрашивал Яну, но она не могла понять его слов — мешали истома и нега. А Моррис становился всё настойчивее. Складывалось впечатление, что он намерен её раздеть. Так ведёт себя мужчина, которой собрался предаться любовным утехам. Какой кошмар! Ещё чего доброго Яне понравится. И только эта отрезвляющая мысль смогла вернуть ей сознание.

— Что вы себе позволяете!? Я не ваша амайо! — выкрикнула она.

Ну, это она так подумала, что выкрикнула. А на самом деле протест получился еле слышным.

Но викинг страшно обрадовался, что Яна подаёт признаки жизни.

— Где? — спросил он её, всматриваясь горячими шальными глазами.

И не только глаза горели, он весь был напряжённый и шальной. Ух, красивый! Только что ""где""?

— Где-то на вас есть вредоносный артефакт. Нужно срочно его убрать, пока вы не впали в магическую кому.

Умеет викинг ""успокоить"". Слово ""кома"" Яне сильно не понравилось.

— Я вас раздену, — не дождавшись ответа, заявил он и действительно принялся быстро расстёгивать пуговицы на блузе.