— Совсем?! — Моррис обхватил ладонями её плечи, заглянул в глаза.

— Нисколько!

— Хочу проверить…

Как?

Яна догадалась…

Его губы стремительно приблизились к её губам… ещё не коснулись, а у неё уже всё сжалось внутри, болезненно и сладко напряглось в ожидании…

Какой он, поцелуй викинга?

Сначала это была нежность смешавшихся дыханий. Тягучая секунда предвкушения… А дальше жаркая короткая атака. Один глоток, чтобы запомнить вкус и аромат.

Как же давно этого не было в жизни Яны. Она уже и забыла, было ли хоть когда-нибудь…

Поцелуй вышел мгновенным и хмельным. Моррис уже отпустил её губы, а голова всё ещё кружилась. Защитная реакция, чтобы мысли «зачем? и почему?» не лезли раньше времени в голову…

Глава 7. Что за коварство?!

Ремонт насоса был завершён благополучно — под пристальным надзором магистра, который неожиданно спустился в подвал в самый разгар ""беседы"" Яны и Морриса. Настоятеля почему-то посетило внезапное непреодолимое желание лично помочь вдохнуть новую жизнь в столь важное для храма устройство.

Его присутствие помешало продолжению беседы. И Яне оставалось лишь снова и снова прокручивать в голове и анализировать слова Морриса."

"Его тайна оказалась действительно страшной. Он обращённый. Яна с предельной пугающей чёткостью осознавала, что это значит. В нём, как и в любом дамарийце, живёт демон. Моррису необходимы варварские огненные ритуалы, чтобы демон не вышел из-под контроля. Но Яна так пока и не знала, кто они, эти дамарийские демоны. Насколько они страшны? И что бывает, когда дамариец оказывается под властью своего демона? Вот бы вспомнить те несколько выпавших из памяти секунд, когда Уйгу перестала себя контролировать.

Когда насос покорился Моррису и заработал как нужно, обрадовавшийся настоятель пригласил гостей в трапезную, где потчевал их ужином и захватывающими рассказами из истории Трэ-Скавеля. А после трапезы он попросил Морриса задержаться, чтобы обсудить кое-какие дела.

Ну и ничего. Яна посчитала, что так будет даже лучше. Разговор можно продолжить и завтра. А сегодня ей и так хватило впечатлений.

Она вышла из храма и только на свежем воздухе ощутила, что из головы окончательно выветрились хмельные эмоции, вызванные поцелуем Морриса. При нём она старалась не думать на эту тему, зато теперь мысли понеслись галопом.

Яна не жалела, что позволила ему поцелуй. Моррис открылся ей, и она хотела показать, что его тайна не шокировала её. Тем более, это был даже и не поцелуй. Всё произошло настолько молниеносно, что Яна и почувствовать ничего не успела. Кого она обманывает? Конечно, успела. От полноты и остроты ощущений её будто стрелой прошило от макушки до пят.