Закрыв глаза, на лету хватая полотенце и вытирая руки, она откидывается на грудь мужчины. Ой, пусть делает, что ему нравится. Пусть делает, что нравится им обоим.

В тот далекий осенний день, когда они ехали из Пензы в Москву, после её сумбурного признания, Матвей сказал:

– Поехали ко мне.

Так просто. И так категорично.

Ася всей душой рассчитывала услышать нечто подобное. Но, если честно, не надеялась. Замерла, боясь пошевелится.

– Да. Ко мне. Перевезем вещи. Будешь мне пироги стряпать, а я строгать свои поделки. Родишь ребенка – будет… – кадык нервно дернулся, выдавая столь тщательно скрываемые эмоции, – здорово. Нет… Родишь через годков пять-семь. Когда привыкнешь ко мне.

Вот так он выразил свои чувства. Немного замысловато, зато искренне.

И Ася поняла – если откажется, он уйдет. Растворится сначала в неоновых огнях столицы, а потом в спокойной тишине леса. И уже больше никогда ни при каких обстоятельствах не пустит её к себе на порог.

Это было его признание.

Она не могла отказать.

Да и зачем?"

"Любовь захлестнула её с головой, и упускать возможность прожить жизнь с любимым человеком было бы неразумно.

Да, её способности никуда не денутся, и порой она будет видеть прошлое Матвея. Его задания. Его жену. Но они впервые в жизни не страшили её. Потому что она приняла Матвея таким, каким он есть. С его непростым характером и его непростым прошлым.

И его неугомонной потребностью в её теле.

Она когда-то считала его бирюком. Она ошиблась.

Он – самый ласковый, самый внимательный, самый заботливый…

Самый «её»…

– Ах ты… – её трусики бесцеремонно сдернули вниз, а на поясницу надавили, заставляя прогнуться.

– Что я?

– Ты… ты…

– Любимый? – подсказал он, и Ася не без удовольствия отметила, как его руки дрогнули.

Они ни разу ещё не говорили о чувствах. Взрослые люди. Живут вместе. И так всё понятно. Но иногда ей безумно хотелось услышать три заветных слова.

А тут вон как всё повернулось.

И Ася шепнула:

– Любимый.

– Здорово.

Ей показалось, или у него из груди вырвался вздох облегчения?

– А я? – осмелилась задать она встречный вопрос.

Горячее дыхание обожгло лопатку. Одновременно головка члена властно раздвинула её нижние губы, плавно входя в притягательную влажность.

– А ты самая любимая… самая желанная… Моя девочка… Моя щелочка… Моя…

Дальше пошли нецензурные физиологические характеристики любовных отношений между мужчиной и женщиной.

Эпилог

Сталкер, нахмурившись, заглушил двигатель. Перед глазами зарябило, и мужчина выругался. В его планы не входила остановка. И меньше всего он хотел сейчас встречаться с кем-то из интуитов.

Выйдя из машины, осмотрелся. Он несколько дней провел за рулем, катясь по просторам большой родины. Заехал в небольшой городок.