Бесстрастно блуждая взглядом по далеко не бедной обстановке квартиры, я прошел в зал, где двое мужиков терзали тело извивающейся девушки. Даже эта картина не вызвала во мне жалости. Потому что в мозг жалом впилась параллель, где на месте этой шлюхи могла быть Аня…

Один из них держал ее за руки, второй устроился между насильно разведенных ног.

Она уже выдохлась. Устала бороться с двумя здоровыми самцами, что продолжали рвать на ней остатки одежды, грубо трогать во всех местах и в самых пошлых выражениях рассказывать о своих намерениях.

Но надо отдать должное, девушка почти не плакала. Ее волосы были растрепаны, лицо лоснилось от испарины, но стиснув зубы, она умудрялась плеваться и бросать маты в сторону насильников.

Однако в этой ситуации мне все-таки дано было узнать границы своей жестокости.

То, насколько далеко я готов зайти под воздействием отравляющего чувства ярости и потребности возмездия.

В какой-то момент ее рот зажали, и тот, что был между ног начал нетерпеливо расстегивать свои брюки.

У них не было каких-то конкретных инструкций. И они уже были на грани грязного возбуждения. Потому судьба этой неудавшейся мамашки была целиком и полностью в моих руках.

Я хладнокровно наблюдал, как она зажмурилась и завыла, понимая, что бессильна против лома обстоятельств. И только тогда моя ярость нашла, наконец выход. К счастью для нее. После чего и последовал спокойный приказ:

— Стоп.

Как только девушку отпустили, она отползла к стене, дрожа всем телом и враждебно бегая глазами от одного присутствующего к другому.

Когда же ее взгляд замер на мне, искаженное паникой лицо мгновенно вытянулось. Спокойно выдержав ее шок вперемешку с испугом, я не спеша приблизился и присел на корточки, прямо напротив.

— Понравилось? — спросил металлическим тоном, а у нее губы затряслись от накала эмоций. — Это то, что ты творишь мразь. А теперь тебе дано понять на собственной шкуре, что любая безнаказанность наказуема.

Лицо Эли исказилось от надрывистого плача, а тонкие руки обнимающие колени стиснули их еще крепче.

— Сегодня ты отделалась легким испугом, — снисходительно сообщил я, склонив голову на бок и с нездоровым вниманием разглядывая девушку. — Но один неверный шаг или хотя бы взгляд в ее сторону… и я вернусь.

Она распахнула глаза, в которых через слезы отразилась настороженность, а затем и непримиримый вызов.