И так совесть мучила за вчерашнее послабление, поэтому я стойко отсидела до конца.

Наверное, никогда так не желала оказаться дома, чтобы, наконец, упасть в кровать и поспать. В своем заторможенном состоянии я, даже не поздоровавшись, прошла мимо бабушек, что стояли у подъезда и о чем-то горячо вели разговор:

— …Всю ночь давление поднималось у меня, а этим хоть бы что! — жаловалась одна из них, показательно хватаясь за сердце.

— Так постучать надо было, как следует! — яро советовала вторая.

— Так стучала! А что им толку, под ногами не слышут же ничего, Черти.

— А милицию тогда чего не вызвала?

— Ой… — как-то сразу отмахнулась бабушка. — Чего не хватало беду на себя навлечь. С этими уголовниками связываться, никакая милиция потом не поможет.

Уже ведь разговаривала с ним после Нового года… никакой управы на таких не найдешь.

Я даже не поняла, что застыла у ступенек, внимая каждому слову пожилой соседки, что жила этажом ниже. Внутренности неприятно сжались от накатывающего осознания, что мои опасения оказались неспроста!

Отстраненно глядя в пространство я начала подниматься, переваривая в голове истеричную мысль: с одной стороны неугомонная сутенерша, с другой уголовник, которому я похоже приглянулась…

Комбо!

Разве такое везение бывает вообще?!

* * *Недаром говорят: утро вечера мудренее.

В моем случае понадобилось несколько часов непрерывного дневного сна, чтобы проснуться и заново осознать все, что заставляло мое сердце беспокоиться. Потому что не казалось это уже таким обреченным и страшным. В конце концов, с Элей я с того дня больше не пересекалась, потерянная мама, после неудачной попытки появится в моей жизни, наверняка сделает правильные выводы, ну а сосед… А соседей не выбирают. К тому же то, что он проявил ко мне интерес, еще ни о чем не говорит. Может он сам по себе такой наглый?.. Так что, скорее всего не настолько страшен Черт, как я себе его намалевала. Мы живем в пусть и не всегда справедливом, но цивилизованном мире и единственное, чем он пока мне грозит это недосыпом. Но и для этого существует решение.

Я выбрала правильный ход мыслей. Невозможно жить в постоянном напряжении и ожидании худшего! Лучше уж так себя настроить, чем трястись от каждого шороха.

Нельзя было раскачивать маятник еще больше и накручивать себя. Нужно продолжать принципиально двигаться по своему пути, но, однако, быть готовой ко всему.

На этой волне даже мысли о Самрате как будто сменили направление. Наши пути разошлись — я впервые приняла это с хладнокровием и решила оставить для себя, лишь хорошие воспоминая. А горечь… она со временем растает окончательно.

Чтобы там ни было, наше знакомство изначально оказалось ошибкой обстоятельств.