Моя улыбка тут же скривилась."

"— Чего ты выдумываешь? — тут же насупилась я.

— Аня, — предостерегающим тоном выдал он. — Я же тебя просил.

Я растерянно раскрыла рот, но, похоже, защита в виде нападения меня бы не спасла.

— Как ты понял?

— Мохнатый шницель мне сюрприз оставил на ковре за креслом.

— Баунти… — виновато поправила я, пряча глаза. — Блин, я же следила за ним.

— Лучше бы вообще не пускала. У этого пикенеса весь дом в распоряжении.

— Самрат. Вообще он воспитанный мальчик и не гадит просто так…

— Да? И чем же я успел ему насолить? — приподнял он брови.

— Ты не справедлив к малышу. И он чувствует это.

— Значит, теперь пусть чувствует, что ему придется по углам прятаться в ближайшее время.

Я только хотела что-то возразить, но вдруг услышала мамин голос в коридоре. А через несколько секунд в столовую вплыла и она сама. Точнее сначала ее семимесячное пузо, а потом и моя светловолосая женщина.

— Мама, — радостно воскликнула я и поспешила к ней.

— Прости дорогая, что без предупреждения. Я тут такой магазинчик детский нашла, вот… — поцеловав меня, мама начала вытаскивать из квадратного пакета с модным логотипом маленькую одежду. — Для нашего маленького князя. Надо померять.

— Мааам… — протянула я, закатывая глаза. — Ну я же говорила, что у Дани уже два шкафа!

— Дети быстро растут, — безапелляционно заявила она и погладив Самрата по плечам, поспешила тискать внука.

Однажды это стало для всех большим сюрпризом, но беременность однозначно была ей к лицу! Мама немножко поправилась и прямо расцвела. Дядя Женя тоже светился от счастья в ожидании сына. Правда недосыпал частенько из-за маминых капризов.

— Ох… — оторвавшись от Дани, мама потерла свою поясницу.

Я тут же придвинула для нее стул и помогла сесть.

— Давай позавтракай с нами.

Вместо ответа, она воровато огляделась в коридор.

— А седого индюка здесь нет? — серьезно поинтересовалась беременная гостья, а я покосилась на Самрата, который даже ухом не повел.

Он спокойно относился к холодной войне между родными. Все-таки его отец заслужил подобное пренебрежение. И моя мама не стеснялась поддевать корону Исмета Муратовича каждый раз, как они оказывались на одной территории.

— Нет. Он приедет только завтра утром, — уверила я ее с невозмутимым видом.

— Отлично.

Она устроилась поудобнее, а я потянулась, чтобы наложить ей горячее.

— Где дядь Женя?

— Утром вызвали в офис. Как бы опять не послали в какую-нибудь командировку.

Погружая ложку в жаркое и думая о том, что маме сейчас как никогда нужна поддержка мужа, я вдруг застыла. Мама что-то продолжала говорить, а я скорее вернула ей тарелку и хмуро оглядела стол, чувствуя, как слабеют коленки и в животе накатывает дискомфорт.