Я просто был с ней. Не отходил от кровати все первые дни. Спал прямо в кресле и отлучался только, по неотложным делам, требующим моего присутствия.

Но в какой-то момент судьба должна была свести свои счеты. Поставить меня перед выбором, заставить все заново осознать. И этот момент наступал. Когда однажды я пришел в больницу и столкнулся с ее матерью. Она сообщила, что Аня, наконец, справилась с лихорадкой. Но вместе с радостью и волнением, пришло хладнокровное отрезвление. Рита попросила меня дать ей время окрепнуть, прийти в себя. Она просила хорошо подумать обо всем, чтобы я принял одно решение и не терзал понапрасну сердце ее дочери.

Конечно, тогда во мне зарычал эгоизм и чувство собственности, но, в конце концов, эта материнская просьба задавила все. Я отступил, но напоследок потребовал, чтобы она звонила при любой надобности.

Слишком много произошло за последнее время. Отречение от отца, убийства невинных людей в моем ресторане, ранение Олега, разочарование в себе, в ней, в чувствах, которые могут существовать в моем мире… В моей душе царило пепелище. Я потерял все ориентиры и не знал, за что цепляться, чтобы двигаться дальше. Позакрывал к чертям все клубы, рестораны и тупо двигался на автопилоте.

И даже не сразу понял. что именно Аня меня спасла. Своим появлением, на слабых ногах, уже тогда трещину выбила в моем панцире. А потом просто выдрала наружу все, что я столько времени держал в себе. Заставила сдернуть маску, переступить страхи, предубеждения и раскаяться…

Через глубокий дрем я ощутил движение в своих руках. Аня хотела тихонечко выползти, чтобы не беспокоить меня, но тщетно. Я тут же обвил ее талию и прижал к себе.

— Я думала, ты спишь, — шепнула она, пригладив пальцами волосы на моих висках.

— А ты куда собралась? — спросил хрипло и ревниво.

— Никуда… — как-то уклончиво отозвалась жена. — Просто хотела… выполнить супружеский долг и приготовить тебе вкусный завтрак.

Я открыл глаза, так пристально взглянув на нее, что, кажется даже заставил потеряться от моего внимания.

— Вместе приготовим, Жаным, — спокойно сказал. — Если, конечно, Баят пустит нас в свои владения.

С губ Ани сорвался смешок и, сладко потянувшись, она прикрыла глаза. А затем что-то заставило ее улыбку растаять, прежде чем она вновь посмотрела на меня.

— Что такое? — спросил бархатным тоном, нежно коснувшись ее щеки.

Жена задумчиво положила ладошки на мою грудь, и я сразу ощутил ее напряжение.

— Мне нужно принять противозачаточные, — произнесла тихо. — Вчера я не нашла их на полке и…

— Правильно, — перебил я прохладным тоном. — Потому что я их выбросил.

На ее лице отразилось замешательство.

— То есть, как…

— То есть если бы я знал, что ты пьешь их, выбросил бы еще раньше, — сурово отрезал я.