Во -первых: я не собиралась ждать, пока меня прикончат и бодренько отшатнулась. Во-вторых... Вальдес вцепился в руку инквизитора и тот гневно заорал.

Кованые браслеты, кажется, прожгли язык моему змею, потому что он не смог долго сдерживать противника и отшатнулся, изрыгнув кровь.

А я, уже без всяких мук совести, подняла свою боевую сковороду и с размаху зарядила Анфилиусу в челюсть.

— О, да, говнюк, получай! - не буду скрывать: мне это понравилось.

Главный инквизитор застонал от боли и его гребанные непрошибаемые рыцари тотчас рванулись на помощь О, боги!

Я очень быстро запустила руки под одежду Святейшества, матерясь от обжигающей боли. Даже случайные касания до священных символов причиняли жуткие страдания. Я насквозь прикусила нижнюю губу, но вытерпела, сорвав -таки с шеи мужчины вожделенный ключик.

В тот момент, на радостях, мне захотелось похвастаться Вальдесу, но. Я слишком быстро поняла, что дела у змея идут дурно. Големы иссякали, а болотные жители не могли полноценно бороться с этими рыцарями.

Без магии Хранитель долго не продержится. Это и подстегнуло меня бросить сковородку и помчаться прочь, обратно к раскопкам.

Сердце Перепутья, что б тебя!

У меня сводило лёгкие от быстрого бега. Горло сковал хрип и поразительная жажда впивалась в тело, доводя до исступления. Ожоги ныли очень сильно, будто вся моя кожа -открытая рана, выгорающая на солнце.

Мне нужно было попить. Хотелось остановиться и передохнуть, но.

Не было времени на это. Даже если перед глазами все расплывается, а ноги не идут - я должна выкрасть чёртово Сердце. Иначе мои друзья погибнут.

«Как благородно» - устало шепнуло подсознание.

Я споткнулась и упала лицом в землю, аккурат рядом с ямкой. Пропахала локтями почву, взвыла от новой порции боли и завозилась беспокойно, как слепой крот, резко выброшенный на поверхность.

Ключ всё ещё находился в сжатом кулаке, но оставалось последнее испытание на прочность. Нужно было не только повернуть его в замочной скважине, но и открыть крышку, которая сожжёт мои руки до мяса.

На секунду я остановилась, после того, как провернула ключик.

Это... Чёрт, так тяжело решиться."

"«Давай, идиотка... Балда! Сделай хоть что-то полезное» - мысленно приказывала я самой себе.

А потом зажмурилась и попыталась сделать всё максимально быстро. Крышка сундука. Оказалась тяжелой. Подушечки пальцев обгорели сразу же и боль была настолько невыносимой, что у меня зазвенело в ушах.

Я продолжала тащить крышку вверх и теперь жуткая агония сжигала и мои ладони. Больно. Больно. Это так. Больно!

Все мои инстинкты вопили от ненормальных ощущений. Я знала, что слёзы заливают мои щёки, что голова тяжелеет, а перед глазами становится совсем мутно.