– Это не так далеко отсюда. В Вудли-Кемп обычно ездят на пикники. Это вересковая пустошь, примерно в тридцати милях отсюда. Мы напишем доктору Кеннеди и спросим, можно ли нам приехать к нему или он предпочтет сам приехать к нам.

В полученном ответе говорилось, что доктор Кеннеди готов принять их в следующую среду. В назначенный день супруги Рид отправились к нему.

Вудли-Болтон – деревня с домами, беспорядочно разбросанными по склонам холма Галлс-Хилл, – оказался на самой вершине холма, и оттуда открывался вид на Вудли-Кемп и на заболоченные равнины, поросшие вереском, за которыми простиралось море.

– Довольно мрачное место, – заметил Джайлз, поеживаясь.

И сам дом был тоже мрачным – видно, доктор Кеннеди презирал новшества вроде центрального отопления.

Дверь открыла хмурая и весьма непривлекательная особа. Она проводила их в кабинет доктора Кеннеди, который при их появлении поднялся с кресла. Кабинет представлял собой длинную комнату с довольно высоким потолком, уставленную по стенам шкафами с книгами.

Доктор Кеннеди оказался седым пожилым мужчиной с хитрыми глазками, выглядывающими из-под кустистых бровей.

Его острый взгляд быстро перебегал с одного визитера на другого.

– Мистер и миссис Рид? Присаживайтесь, миссис Рид, вот это, наверное, самое удобное кресло. Ну и в чем же все-таки дело?

Джайлз кратко изложил заранее подготовленную историю.

Они с женой недавно поженились в Новой Зеландии и приехали в Англию, где его жена жила короткое время в раннем детстве, сейчас она занята выявлением старых друзей семьи и их связей.

Доктор Кеннеди оставался безучастным и замкнутым. Он был вежлив, но явно раздражен их колониальной сентиментальностью и приверженностью к семейным узам.

– И вы полагаете, что моя сестра, моя единокровная сестра, возможно, ваша родственница? – спросил он Гвенду вежливо, но слегка враждебно.

– Она – моя мачеха, – сказала Гвенда. – Вторая жена моего отца. Я, конечно, не помню ее как следует. Была тогда слишком маленькой. Моя девичья фамилия – Холлидей.

Он посмотрел на нее, и вдруг улыбка озарила его лицо. Теперь это был совсем другой человек, от отчужденности не осталось и следа.

– Бог мой! Только не говорите мне, что вы и есть Гвенни!"

"Гвенда широко улыбнулась.

Давно забытое уменьшительное имя звучало в ее ушах как благостная музыка.

– Да, я – Гвенни.

– Да благословит бог мою душу! Выросла и вышла замуж. Как летит время! Это было... пятнадцать лет... нет, конечно, гораздо больше лет назад. Вы, естественно, не помните меня?

Гвенда отрицательно покачала головой.

– Я даже своего отца не помню. Я хочу сказать, что прошлое видится мне словно в тумане.

– Конечно... Первая жена Холлидея была из Новой Зеландии... Помнится, он рассказывал мне об этом.