Кто ты есть?

— Сапожников Владимир Алексеевич, тысяча девятьсот восемьдесят пятого года рождения, уроженец города Воронежа, проживаю в Москве, проспект Науки, дом 6, квартире 57. Официально работаю в охранном агентстве «Варяг», принадлежащему авторитетному человеку — Саше Солененькому.

— Ну, вот другой разговор. А то Вова-Вова. А что ты, Владимир Алексеевич, делаешь в моей квартире?

— Обеспечиваю безопасность сделки покупки квартиры.

— Чьей квартиры?

— Я не знаю, кому эта квартира принадлежит, Солененький послал меня с нотариусом. Он должен передать риэлтору задаток за хату.

— Хорошо. А кто навел на эту хату?

— Точно не знаю, но нотариус говорил, что риэлтор надежный человек, под мусорской крышей работает, у него все схвачено.

— Чем на жизнь зарабатывает Саша Солененький? Он сам из сидельцев?

— Был Саша Солененький в гостях у хозяина, но давно. Сейчас у него строительный бизнес. Он по Москве скупает хаты, делает им евроремонт, и толкает.

— А ты сам Владимир Алексеевич, у хозяина не был?

— Бог миловал. Я не конфликтую с законом.

— Незаконное проникновение в мое жилище, это Владимир Алексеевич уже статья, и довольно серьезная.

— Не знал я ничего о мутках риэлтора! Может нотариус знает, они в паре давно трутся.

— Тогда у меня предложение. Я тебя помещаю на кухню. Даю тебе лист бумаги, и ты подробно пишешь чистосердечное признание. Попыток развязаться не предпринимаешь. Попробуешь, чего-нибудь сломаю тебе. Ногу, например, да так искусно, мечта для травматолога. Согласен?

— Сейчас ты банкуешь. Согласен.

Перетащил Владимира Алексеевича на кухню, привязал к табурету за гениталии, и снабдил пишущими принадлежностями. Пусть творит признание.

Вторым лицом, посетившим «кресло гласности», стал риэлтор. Задал ему те же вопросы, что и боевику. И, он меня очень расстроил. Начал угрожать. Такой наивный. Кому он угрожает? В его то, очень незавидном положении. Пришлось «бринькнуть» разок. О, какая палитра чувств отразилось, на лице этого лощеного господина. Был бы я художником передвижником, обязательно бы написал его портрет. Но чего не могу, того не могу. Повторил вопрос. И вы не поверите, не достиг успеха. Мне что, садомазохист попался? Ладно, уважу, два раза подряд тебе «бринь». Теперь совсем другое дело, риэлтор, сама любезность. На все вопросы отвечает, четко и внятно, я бы сказал, даже с почтением. Мужское хозяйство уже распухло, того и гляди, случиться непоправимое.

Мартынов Сергей Игоревич, директор риэлтерской конторы, где помимо него трудится еще пара теток. На ниве перепродаж квартир трудится более десяти лет. И довольно успешно. Обзавелся личной недвижимостью в разных странах. Не бедствует. Информацию о моей квартире ему слили полицейские, мирно лежащие в зале.