Но она вдруг резко останавливается, наклоняется и внимательно вглядывается мне в глаза.

- А как вас зовут? – спрашивает, прищуриваясь.

- Вениамин Эдуардович, - придумываю на ходу. – Ложитесь, а то жидкость остынет.

- Я передумала, - выпрямляется и сводит брови.

Начинает злить.

- Ложись, - цежу я сквозь маску. – Стоя будет больнее.

И едва успеваю схватить ее за руку. Тяну на себя.

- Я буду кричать! – царапается и пинается.

- Будешь кричать и я сдам твои анализы в полицию!

В этот момент Аня срывает с меня маску и открывает рот.

- Вы?! Ну-ка пустите меня немедленно! – брыкается, но я уже уложил ее на кушетку на живот. – Что?! Что вы собираетесь делать?!

Оглядывается в страхе.

- Воспитывать, - говорю я и шлангом от зонда связываю ей руки за спиной. – Лежи спокойно. Ничего я тебе не сделаю.

- Уже сделали! – возмущается она."

"Я задираю платье и хлестко бью по упругой попке.

- Ой! – восклицает Аня. – За что?

- За то, что шляешься непонятно где и непонятно с кем. А если бы я не приехал туда?

- Да я… - начинает она и я опять шлепаю ее. Черт, а мне это нравится.

- Неправильно отвечаешь, - говорю сурово. – Зачем ты с Игорем туда приперлась? У вас с ним было что?

- Ну, знаете, - произносит возмущенно. И опять шлепок. – Да перестаньте меня бить! На каком основании?!

- На основании того, что я спас тебя, - усмехаюсь. – А благодарности пока не увидел.

- Спасибо, - цедит сквозь зубы. – А теперь развяжите мне руки.

- Не так просишь, Анна. Не так, - вздыхаю.

- Пожалуйста, развяжите мне руки.

- А обращение?

- Тигран Русланович.

- Эх, - громко вздыхаю, - Тигранчик вчерашнее мне больше понравилось, но ладно. Хоть не Булкин и на том спасибо.

Аня замирает. Я развязывай ей руки. Она тут же вскакивает и трет запястья.

- Вы что? – смотрит исподлобья. – В моем телефоне лазили?

- Вынужден был. Ты совсем ничего не помнишь?

Морщит лоб.

- Игорь… светильник… ой, а еще заяц с лисичкой! – улыбается.

- Ясно, - я снимаю докторский костюм и колпак. – Часть кнута завершена, - усмехаюсь. – Теперь очередь пряника.

Аня недовольно потирает свою попку.

- Что за методы у вас, - бурчит себе под нос.

- Привыкнешь.

- И не подумаю.

- А придется.

14. Аня

- И далеко ты собралась? – спрашивает Тигран, когда мы выходим из клиники. У меня, наконец, взяли анализы. Кто-то, скорее всего, Игорек, подмешал мне какую-то гадость в сок. Поэтому так все и вышло.

Господи, но проснуться утром в постели Тиграна. От одной мысли я краснею.

И часы.

Мне не дают покоя часы.

Спросить стыдно, да и не охота давать ему лишний повод посмеяться надо мной.

Он снял часы. Они лежали на тумбочке.

И в голове его слова: «Я снимаю часы только в одном случае. Когда трахаю баб».

Нет. Я не верю. Почему я ничего не помню? Совсем ничего! И не болит нигде. А должно?

Меня прямо гложет это все. Но единственный, кто знает правду, ее не скажет.